— Хорошо, что случилось?

Барретт был на пять лет моложе меня и мягче, потому что его поколение в целом было просто мягче. Привыкшие к своим видеоиграм, сотовым и компьютерам, и никогда не знавшие, как это упасть с дерева или перелететь через руль велосипеда, врезавшись во что-то, поэтому птенцы не подумали бы, что вы киска, которая рыдает из-за вида крови. Еще он был мягче, потому что не попал из средней школы прямиком в армию, как это сделал я. И не потратил большую часть своих двадцати годов в обширном, непосильном обучении. Затем, выполняя грязные миссии во всех чёртовых дырах Земли, которые очернили душу прежде, чем, наконец, выйти и начать свой собственный путь.

Но без всего этого низкого и грязного дерьма, у него было гораздо больше времени для работы над его компьютерными навыками.

Именно по этой причине, он был мне нужен.

— Ты можешь пробить для меня имя, посмотреть, что сможешь найти ? У меня, возможно, новый клиент, и я хочу знать все её грязные секреты до того, как решусь взяться за это. И я хочу всё. Если сможешь взломать медицинские или психологические файлы, то их я хочу больше всего.

— За это придется заплатить, — сказал Барретт, вызывая у меня улыбку , пока я проводил рукой по лицу. Он дал мне ясно понять, когда я едва еще стоял на ногах, открывая агентство, что не даст мне никаких подачек, что не работает бесплатно. Даже для семьи.

— Как и всегда.

— Ладно, какое имя?

— Рия Суини.

— Хорошо, — сказал он, и я услышал, как он записывает. Барретт всегда использовал ручку и бумагу и бережно, бл*дь, записывал всё в польском коде. Зная всё, что нужно о компьютерах, он знал, как легко их можно взломать. И пока кто-нибудь, возможно, смог бы, после длинного и утомительного процесса, взломать его код, это было бы намного труднее, чем взлом компьютерной системы. — Это должно быть легко. Не как с той Джейн Смит, которую ты послал мне однажды. Джейн Смит. Кто, чёрт возьми, называет так своих детей в наше время ?

— Мне нужно это как можно скорее. Я заплачу вдвойне, если ты бросишь всё, над чем работаешь, чтобы я получил файл завтра.

— Это можно устроить, — сказал он, так как я знал, что ни одно его дело не являлось неотложным. — Ох, это всё объясняет, — сказал он через секунду, в его тоне явно слышались веселые нотки.

— Объясняет что?

— Рия Суини возможно самая красивая женщина, которую я видел за последние годы.

— И что это объясняет?

— Твой интерес к её секретам.

Я сделал паузу.

— Я не трахаю своих клиентов, Барретт, — сказал я ему то, что он и так знал. Правда, я любил хорошо провести время. И я, как известно, позволял женщинам соблазнить себя, но я был профессионалом. У меня не было никакого интереса в том, чтобы моя рабочая репутация была запятнана из-за того, что красивое тело в облегающем платье вошло в мой офис, и я его захотел.

— Нет. Но полагаю, ты ждёшь, пока не закроешь дело, чтобы уложить их в свою постель.

— Да, что ж, — сказал я, улыбаясь, — они не являются клиентами, после того, как дело закрыто.

Барретт фыркнул, и я мог представить, как он качает головой, как делает это обычно.

— Хорошо. Я приступлю к работе и передам файл, как только он будет у меня.

— Барретт, — позвал я, прежде чем закончить разговор.

— Да?

— В этот раз я хочу его на грёбаном английском языке, ладно? У меня нет времени, чтобы тратить его на расшифровывание файла, с помощью ключа, который ты предоставишь мне.

— Хорошо, — сказал он, явно раздраженный тем, что придется пошатнуть свои обычные методы.

— Спасибо, Бар.

— Ага, — сказал он, находясь мысленно уже в другом месте.

Я повесил трубку и потёр руками глаза. Этот день , похоже , будет чертовски длинным.

— Вот, милый, — сказала Мардж, ставя третью чашку чёрного кофе на стол. — Вы получили файл по Хелсбургу?

— Да, Мардж. Спасибо что достали его из хранилища для меня.

— Та девушка, вы беретесь за её дело?

— Зависит от ее психического состояния. Эшли сообщит мне, если она чокнутая.

— Я надеюсь, вы сможете помочь ей, — сказала она, подходя к двери. — Она выглядела такой потерянной.

Если её история правда, то вполне понятно ее состояние.

Любой человек будет чувствовать себя потерянным, если потеряет больше года своей жизни.

И так как я пытался сосредоточиться на файле Хелсбург, я старался заглушить, к черту, мысли о том, что действительно надеялся на то, что она не сумасшедшая.

Потому что это на меня не похоже.

— Привет, я Эшли, — сказала женщина, вошедшая в комнату, даря мне небольшую ободряющую улыбку.