— То есть я возвращаюсь?

Вира медленно склонила голову набок.

— Да, если ты к этому готова.

— А если нет? — Лин улыбнулась. Чуть-чуть дерзко, но в меру.

— Тогда ты противоречишь сама себе. Не ты ли пришла в мой кабинет, убеждая меня, что пора действовать?

Лин засмеялась. Спокойно и совсем без истерики. Её заманили в ловушку, притом дорогу к ней Лин выбрала самостоятельно. В голове вспыхнула картинка — она стоит спиной к обрыву, а прямо на неё катится большой снежный ком. Девушка чётко понимает — на этот раз ей не спастись.

***

На другом конце города просыпался дом судьи Руанна. Слуги вычищали коридоры, наполняли пузатые вазы свежими цветами, крошили миндальную крошку в ажурные шоколадные изделия.

Всё было спокойно и тихо. Люди радовались малому: солнцу, свету, первым тёплым лучам.

И лишь хозяин дома не проявлял признаков радости. Столь желанное для ящерров время — весна — в этот раз вызывало у него омерзение.

Почти пять недель. Её нет почти пять недель.

На работу он уезжал злым. Солнце раздражало, нерасторопная охрана — тоже. Равнодушные лица терциев — а они в чём провинились? — хотелось шваркнуть о ближайший косяк, так, чтоб брызнула кровь — красная, насыщенная, с заметным серебристым отсветом.

Мир раздражал.

Глава девятая

На всё теперь приходилось смотреть по-другому. На детей-сирот, на уцелевших людей. На славные остатки «Станции 5». Всё это — болезненное и жалкое, как трёхногая собака — помогало Лин окончательно не сойти с ума.

Вира видела метания дочери, а потому всегда оказывалась рядом, чтобы поддержать. Их разговоры всё сильнее убеждали Лин в правильности своего решения. Руанн не оставит её в покое, если не нанести превентивный удар.

— Он придёт за тобой. Теперь, когда ты знаешь правду, нет смысла создавать видимость идеального мира.

— Этого мира никогда не существовало, — вяло отмахивалась Лин.

— Лин, всё очень серьёзно. Если ты пойдёшь на это — твоя игра должна быть правдоподобной. Один неверный шаг — и он самолично вытянет из тебя всю подноготную.

— Я понимаю…

— Так ли это? — с сомнением качала головой Вира, и Лин чудилось в её движениях нечто наигранное.

Главный разговор состоялся через два дня. Лин встала очень рано и, будучи неспособной уснуть, решила прогуляться. Ноги сами привели её к кабинету Виры.

Комната в столь раннее время суток не пустовала. В тусклом свете девушка увидела усталую женщину, застывшую над проекцией. Изображение было небольшим, в нём угадывался дом Руанна с прилегающими к нему территориями.

— Вира…

Женщина вздрогнула и оторвалась от карты. Свет лампы мгновенно подчеркнул все морщины. Вира сейчас казалась намного старше, чем обычно. Настоящая старуха…

Венилакриме подошла к названной матери и положила руку ей на плечо. Обе застыли, всматриваясь в проекцию.

— Я столько раз видела его дом, — прошептала Вира, не отрывая взгляда от проекции, — но ни разу не была внутри. Как там?

Лин подумала.

— Тепло. Много света. Много просторных комнат. Цветы…

— Тебе, наверное, тяжело было оказаться в этой дыре? — спросила Вира с непонятным выражением. — После всего, к чему ты привыкла.

Лин хмыкнула.

— Ты забываешь, что до этого я жила на «Станции 5». Вспомни, более-менее хорошо мы начали жить только в последние несколько лет.

— Да, — задумчиво ответила Вира. — Как только ты начала продвигаться по службе.

— Скажи честно, это тоже твоя заслуга?

Наступил черёд Виры хмыкать.

— Вот уж нет. Будь моя воля — ты бы никогда со «Станции 5» не выбиралась. Но, — женщина опять бросила взгляд на изображение светящегося дома, — я понимала, что ты не можешь всю жизнь сидеть взаперти.

Дружно помолчали. Невысказанные слова и мысли всё ещё витали в воздухе. Всё так же возвышался над столом прекрасный светящийся дом.

— Трудный был год…

В неясном свете непонятно было, кто произнёс тихую фразу.

— Каким будет последний момент?

Лин сразу поняла вопрос, но язык сам по себе выплюнул неуместное:

— Что?

— Смерть Руанна. Над осуществлением плана уже работают, но в последний момент всё будет зависеть от тебя. Ты поведёшь его на смерть, Лин. Судья прекратит своё существование, только если ты этого захочешь.

— Зачем ты это делаешь, Вира?

— Что именно? — весьма натурально удивилась женщина.