Сирожа очень расстраивался, но в большинстве случаев сделать ничего не мог, так как дразнили его не только сверстники, но и ребята постарше. Благодаря этому и многим другим факторам, комплексы его росли как на дрожжах. Обида копилась день за днём и уже к окончанию школы, Сирожа искренне ненавидел всех своих одноклассников, соседей, приятелей... Всех! После школы, как и все, получив профессию, по которой так и не работал ни дня, пытался устроить личную жизнь, не снискав популярности у женщин.

С годами пропорции тела остались неизменными, даже борода на лице не желала толком расти, делая его похожим на лишайного кота, ещё сильнее снижая и без того мизерную самооценку. Одно радовало, он был качком, пусть жирным, пусть на тонюсеньких ножках, но всё же качком. Конечно это не помогало ни устроиться на высокооплачиваемую работу каким-нибудь менеджером, ни выплачивать долги, даже выбивать долги он не мог. Качок обладал довольно кротким характером в повседневной жизни и на конфликт, не говоря уже о рукоприкладстве, шёл в самом крайнем случае.

Страхи и переживания это одно, а страсть - это чувство совсем другого порядка. У качка она была. Тайная, ведомая только ему одному, не дававшая покоя ни днём, ни ночью, подсылая раз за разом тревожащие сны. Именно в угоду этой страсти, он решил записаться на курсы с трудом переборов себя. Говорят, серийные убийцы прежде чем впервые совершить ужасное, набираются смелости годами.

Несколько минут назад, посредством телефонного звонка, он бросил жребий, поэтому уже не боялся разоблачения и предрассудков, и был полон решимости довести задуманное до конца. Потрясая кулаками в потолок, он нарезал ещё несколько кругов по комнате пока не услышал доносившиеся через тонкую дверь знакомые шаги в коридоре.

Сирожа знал чьи это шаги и постоянно старался как бы невзначай пересечься с их хозяйкой до сих пор, так и не дождавшись от неё взаимности. Тем не менее, зная, что упорство - это гарант результата, он поспешил к двери.

Залихватски распахнув входную дверь, качок практически строевым шагом вышел в коридор, готовый к очередному раунду обмена любезностями с симпатичной соседкой, на которую у него, естественно, были виды.

В коридоре в этот момент с тем же успехом мог разорваться фугас, мгновенно убив Сирожу, соседку и её нового хахаля. Его опять кто-то опередил. И чем он лучше его? Какой-то коротышка, ничего выдающего и одет не как богатей. Улыбка моментально сошла с лица, превратив то в траурную маску, но раз уж он вышел из квартиры, то решил не отступать и преодолеть проклятый коридор.

– "А ну как это её брат? Может он вообще её голубая подружка?" - Тешил себя надеждами качок.
– "Ну точно голубой, вон какая морда, бритая..."

Чем больше сокращалась дистанция между новообразованной парочкой, тем мрачнее становился Сирожа. Этот гад, обнимая её за талию, явно наговаривал на ухо какие-то пошлости, что тем не менее её не смущало, а даже веселило. Качок мгновенно возненавидел этого человека.

– Привет, Сирожа.
– Защебетала соседка.

– Здравствуй.
– Ответил он без энтузиазма, переведя тяжёлый взгляд на соперника.

Заметив это, соседка решила представить кавалера своему соседу, ведь в перспективе он мог стать и его соседом.

– А это, Андрей.

Обидчик, глядя в глаза качку снизу-вверх, протянул руку и ухмыляясь словно жертва инсульта обнажил зубы.

– Очень приятно, Серуня.

– Сирожа.
– Сухо поправил качок.

– Извините, я не нарочно.
– Парировал хахаль, сверля качка голубыми глазами всё ещё пожимая руку.

Сироже стало не по себе. Проклиная свой не конфликтный характер, он решил ретироваться. Промямлив что-то нечленораздельное похожее на прощание, вырвал руку и не дождавшись ответа, заковылял на выход.

– "Сучка, когда-нибудь я затанцую тебя до смерти!" - Думал он, покидая коридор.

Улица встретила качка как обычно: растрескавшийся асфальт, прохожие, автомобили. День не задался. Случись ещё какая-нибудь неприятность и Сирожа переполненный негативом коллапсирует в крохотную чёрную точку и не произойдёт ровным счётом ничего.

Идти было некуда, его никто никуда не приглашал. Стоять у подъезда не хотелось, домой возвращаться тоже.

На некотором удалении виднелся пустырь с заброшенной стройкой, когда-то грозящей перерасти в архитектурное безобразие. Но очередной кризис, броском через бедро опрокинув строительную отрасль экономики, пресёк появление "шедевра" в зародыше.

Устроить успокаивающую пешую прогулку к пустырю казалось заманчивой идеей. Сирожа отправился в путь, но пройдя всего несколько десятков метров, встал как вкопанный. Пустырь всё ещё был далеко, а его уже начинала терзать одышка. Посчитав прогулку состоявшейся, он решил вернуться домой.

Качок. В тренажёрном зале он оперировал сотнями килограмм стали, ему не было равных! Неофиты с восхищением смотрели, как жирненький атлант поднимает над головой тяжеленную, словно небесный свод, штангу и низвергает к ногам, заставляя пол и твердь земную под ним, содрогаться. Впечатлительные барышни пугались и роняли свои микроскопические гантельки на гимнастические коврики, старожилы зала одобрительно похлопывали по плечу.