Шрифт:
Мне грустно, что на век смогли нас разлучить,
И вновь, не дописав, в строке поставлю точку.
А годы всё летят по прежней колее,
И снятся мне опять Ваганьково и лето.
Я об одном молю – дай Боже время мне!
Не дай же умереть, не рассказав об этом!..
Другие голоса теперь приходят в мир,
Другим кумирам хор выводит «Аллилуйя»,–
Я напишу о Вас, чтоб сын мой не забыл,
Кого же сквозь года так трепетно люблю я...
Сергиенко Гена
Боль
В сердце вонзаются дротики –
Сколько не будет пропето.
Мразь доставала наркотики –
Для поэта.
Нагло и неосторожно
(«Мы – бизнесмены, не тряпки»),
И на поэте возможно –
Делать бабки.
Нонсенс: отыскивать где-то
Образы, рифмы, находки.
Проще добавить поэту –
–
180 -
______________________________ книга I «Я вернусь!»
Яду, водки.
Мчится на вызов карета,
Кто в этом мире двужилен?
«Мы выручали поэта, –
С ним дружили».
Вот понесли в небо кони,
А на земле пляшут черти.
Легче на нём стричь купоны –
После смерти.
После концерта памяти
Что за шум, суета?
Что дают? – ничего...
О чём вечер? – да так,
Лишь о жизни Его.
А кого? – Не слыхал?
Вот спросил, ну, даёшь!
Он же песни рождал,
Что бросали всех в дрожь.
На войне не бывал,
Но хрипел о ней так,
Что в ушах застывал
Крик кровавых атак.
Но умел и шутить
Всем известный Поэт,
Нас сумел рассмешить,
Но ушёл в цвете лет.
–
181 -
Посвящаем Владимиру Высоцкому_______________
Над Землёю – набат,
Сгинул критиков след,
Видно, хором кричат:
«Он – великий поэт!»
Вы брюзжали, а вот
Пережил Вас Поэт,
Его знает народ,
А вас, кажется, нет.
Он над нами стоит –
Человек – Полубог...
Трудно всех нас любить,
Но Он, видимо, мог...
А концерт тот прошёл, нашу грудь разодрав,
Только жаль, что Он пел нам с экрана.
Двадцать лет отыграл, только смерть не поправ,
Он ушёл от нас всё-таки рано.
Сильвестра
Он спешил и успел
(памяти В. С. Высоцкого)
И он восстал, взметнувшись над толпой.
Совсем не мёртвый, а вовсю живой!
Зачем в глаза смотрел он смерти строго?
Ужель туда была его дорога
предрешена? И вовсе не страшна,
а избранна, как верная жена?
–
182 -
______________________________ книга I «Я вернусь!»
Коней над пропастью он тормозил,
И очи к небу страстно возносил,
Ища там истину, которой нет на свете.
Он был у Бога на примете.
Пространство вздыбилось дугой,
Застыло время у могилы той...
Какою думою он был томим,
Какой простор открылся перед ним?
И устремлён он, и порывист так,
Лишь покрывало усмиряло шаг.
Он сердце вырвал и вознёс на плаху,
И не было в том сердце места страху.
Он жил и громко, и тревожно,
Всё было в нём неосторожно,
Не выверено. На износ!
И кто-то на него строчил донос,