Я тряхнула головой. Не помогло. Наваждение по-прежнему застило мне глаза. Там, за доской, которая когда-то была гораздо больше и чёрного цвета - совсем как в кабинетах некромантов, есть что-то. Здесь были надписи. Рунические. Их нам показывали на первом же занятии ритуалов. Они закрывают аудиторию, чтобы последствия ритуалов не вышли за её пределы.

Стоп. Каких ещё ритуалов!?

Я отступила ещё на шаг, схватила голову руками, попятилась, жмурясь изо всех сил. Откуда? Что это за жуткое видение? Учитель говорил, что можно предположить, будто это воспоминания из прошлой жизни. Но ведь он сказал, что на это не похоже. Или о чём он вообще говорил?

Я распахнула глаза и с отчаянием вновь взглянула на аудиторию. Мои одноклассники довольно удивлённо на меня смотрели. Я лишь скривилась. Наверное, мои метания со стороны выглядели странно. А тот поступок, который я совершу сейчас, будет выглядеть ещё более странно.

– Рейкона, тебе плохо?
– обеспокоенно поинтересовался пожилой преподаватель математики. Я мотнула головой и решительно пошла к доске. Если я увижу эти надписи, эти светящиеся алым руны, даже за слоем новой краски... как бы мне хотелось ошибаться на этот счёт.

Доска оказалась неожиданно тяжёлой. Одной мне её не снять.

– Что ты делаешь?!
– испуганно воскликнул преподаватель.

– Узнаю правду!
– пыхтя, выдохнула я и вновь вернулась к удалению доски с её законного места.

– Какую ещё правду? Рейкона, что с тобой?

– Помогите мне!
– да, мне точно самой не справиться.

Рика подскочила довольно быстро. Рывок. Доска бы повалилась плашмя на кафедру, если бы учитель не подоспел вовремя. Он поддержал, всё так же ошарашенно за мной наблюдая. А затем его взгляд перешёл на стену.

– О, Превеликие!
– с ужасом выдохнул он, складывая в молитвенном жесте руки. Рика тоже испуганно отступила, приложив руку ко рту.

А испугаться было чего. За доской действительно находились рунические надписи. И кроме них символика Титана кровавых ритуалов - Ликары Превеликой. Руны сияли алым, слегка пульсировали и образовывали собой ровный пятиугольник.

– Откуда!?
– голос преподавателя был слаб от шока. Он смотрел на меня... странно. Словно я только что на его глазах убила сотню магов и теперь целю клинком в него.

Я отвела глаза в пол и отвернулась. Не хочу отвечать. Не смогу объяснить. Теперь у меня был один вопрос. Очень важный вопрос.

Кем я была в той жизни?

В библиотеке мы встретились, как и было оговорено. Правда, я всё же немного опоздала, в очередной раз посетив кабинет Лакизо и выслушав лекцию о том, что я сую нос не в свои дела. Там же она пыталась выпытать у меня откуда я узнала про надписи. Но я упорно молчала и сверлила глазами пол. Вот уж кому-кому, а ей я точно открываться не собираюсь. Противная директриса.

На встречу я пришла измотанная и злая.

Разговаривали мы тихо и довольно долго. Я выложила друзьям абсолютно всё, начиная с того, что произошло в лесу, заканчивая тем, каким образом я спасла матушку. Пирс предусмотрительно наложил на нас полог тишины, ограждающий от непрошенных слушателей.

Мой рассказ поразил буквально всех. После него тишина стояла минут пять, если не больше. Все сидели и переваривали информацию.

– Мы тебе поможем!
– наконец выдал Пирс.

– Да!
– поддержала его Рика. Впервые видела её настолько хмурой и серьёзной.

– Я тоже с тобой.
– уверенно произнёс Касседи, ударив себя кулаком в грудь.

Элика молчала. Она несчастными глазами осматривала нас.

– Я... Я, наверное, тоже...
– тихо произнесла она. Касседи скрипнул зубами.

– С такой уверенностью тебя с нами брать только если мы вдруг решим суицид твоими руками сделать.
– бросил он. Элика метнула на него полный ярости взгляд. Вот же сцепились. Как собаки.

– А чем поможете то?
– со вздохом спросила я.
– Чем тут вообще можно помочь?

– Мы поможем найти остальные части Амулета.

– И как мы это собираемся делать?
– Касседи вопросительно поднял бровь и взглянул на Пирса.

– Пока не знаю, но мы что-нибудь обязательно придумаем. В конце концов, у нас под рукой целая библиотека и учителя, полные самых разных знаний. Что-нибудь, да вызнаем.

– Спасибо, друзья.
– я искренне улыбнулась.

Зима подкралась как-то совсем незаметно. В череде занятий я и забыла про новогодние праздники. После того разговора в библиотеки мы все словно и забыли про проблемы и неприятности. Жизнь шла своим плавным ходом, и я уже смогла немного отойти от прошлых потрясений. Матушка присылала письма, что у неё всё хорошо. Мы с Эликой тоже вместе писали ей на обедах и завтраках.