— Полностью согласен с вами. Следовательно, можно продолжать посылать «Снайперы», а среди них — истребители? Пора дать шанс нашему воинственному молодому поколению.

Капитан Робинсон кивнул связисту, и соответствующий приказ был передан звеньям истребителей. Момент был тщательно спланирован. Робинсон, невысокий чернокожий военный среднего возраста, обладающий взрывоопасным нравом, потер ладонью свою лысину, опомнился и убрал руку, мимоходом задумавшись, каким стало бы его проявление нервозности при наличии пышной шевелюры.

А причин для беспокойства хватало с избытком. «Орел» по размеру был вполовину меньше «Беса», но все-таки представлял собой соблазнительную мишень — не только для червей и других ужасов, состряпанных гардианами, но и для простецких старомодных ракет. Одной из этих вспышек света было бы достаточно, чтобы навсегда вывести «Орел» из игры.

Но этого не произошло. В бой ринулись истребители, и некоторые из них погибли. Корабли гардианов, с которых координировались действия ракет, были взорваны. Сэр Джордж вводил в бой фрегаты и корветы, постепенно стягивая значительные силы к крохотной планетке, которая находилась на месте, определенном для нее астрофизиками, — точно в центре тяжести системы. Несколько небольших боевых кораблей гардианов упорно отбивались и в конце концов погибали сами. Медленно и методично сэр Джордж уничтожал оборонную систему центра тяжести. Наконец флот Лиги двинулся в атаку и занял позицию в самом центре звездной системы. Ни один корабль гардианов не мог преодолеть расстояние между Заставой и Столицей, не ввязавшись в бой с флотом Лиги. Силы Лиги также перехватывали или глушили шумами большинство радио— и лазерных сообщений между двумя планетами. Пока корабли Лиги оставались в нормальном космосе, они могли перемешаться между двумя планетами, не рискуя вызвать на себя огонь ракетных систем. Разумеется, гардианы еще могли заметить их приближение и запустить ракеты, предназначенные для отстрела кораблей в нормальном космосе. Борьба еще не завершилась.

Планирование этой атаки оказалось чудовищно сложным, от проблем, связанных с выбором времени и коммуникаций, пухли головы. Но все эти усилия окупились, породив ясный, продуманный, методичный и почти скучный план действий. Последнее свойство плана особенно нравилось капитану Робинсону. Пока на обшивке «Орла» не было ни царапины.

Это обстоятельство в равной степени радовало сэра Джорджа. Все время боя он провел в центре управления оперативными силами, выглядел свежим и умиротворенным. Пришло время начинать план «Поручни». Специалисты приземлились на планету в центре тяжести, и, наблюдая за прогрессом в их работе, Томас пришел в особенно хорошее настроение.

Томас вовсе не хотел пробиваться сквозь ракетные заграждения двух планет системы. Он ждал, что гардианы сами явятся к нему, вынужденные плясать под его дудку.

Он намеревался закрепиться на планете в центре тяжести системы и наладить бесконечный поток судов с боеприпасами. Рано или поздно гардианы попытаются остановить его, или же они рискуют заиметь опасного и быстро набирающего силу врага прямо у себя под носом. Адмирал решил ждать, но ожидание было для него медленной пыткой — и под этой пыткой он уже провел полжизни.

Однажды вечером сэр Джордж пригласил Робинсона отужинать в адмиральской каюте. Как только стюард убрал последние тарелки и оба джентльмена остались за портвейном и сигарами, Томас заговорил серьезно.

— Мы умудрились перехитрить самих себя, капитан Робинсон, — заметил он. — Мы проникли в самое сердце системы, и врагу удалось окружить нас без каких-либо усилий. — Он помедлил. — Пока все идет неплохо. Мы заставили их истратить большую часть ракет, у нас больше кораблей, есть ресурсы каждой планеты космоса, заинтересованной в нашей победе. Опасаться следует только двух вещей: прежде всего — неизвестного. Что-то вскоре может произойти, Бог знает что. Второе же — еще опаснее и гораздо вероятнее: в том случае, если их командующий — гений. Да, гений, настоящий адмирал, а не престарелый маразматик вроде меня. В таком случае он наверняка сумеет избавиться от нас с помощью целого корабля червей и десяти тысяч ядерных бомб. — Томас долго молчал, а затем хлопнул в ладоши и вновь заговорил — еще громче и воодушевленнее: — И потому будем готовы защищаться, как только появятся гардианы, спланируем следующую атаку и возблагодарим Создателя за то, что гении встречаются так редко.

Сэр Джордж вновь потянулся за графином — на этот раз слишком поспешно — и в третий раз наполнил свой бокал до краев, пока Робинсон сидел, уставясь в пространство. Как прикажете удерживать такого адмирала в трезвом состоянии?

ОСГ «Ариадна». Орбита планеты Застава

Шиллеру пришлось промучиться двенадцать долгих часов, прежде чем ему удалось переговорить с Ву наедине. В этом деле ему весьма помешали графики работы и отдыха. Наконец они сменились с вахты одновременно. Шиллер догнал Синтию за углом коридора и всего двумя словами заставил лихорадочно забиться ее сердце:

— Они здесь.

Ву пристально взглянула на него широко распахнутыми глазами. Ей не понадобилось спрашивать, кто такие «они», — все объяснил тон Шиллера и блеск в его глазах.

— О, Сэм! Слава Богу! — Схватив его за руку, Ву вгляделась ему в лицо. — Но когда они прибыли? Сколько времени находятся здесь? Что делают? Откуда ты узнал?

— Тише, тише. Возьми себя в руки. Мы обсуждаем местный дрянной кофе, понятно? Вот и славно. Итак, я наблюдал, как сооружают ракетную оборонную систему в центре тяжести — и вдруг там появилось целое море вспышек реактивных двигателей и взрывов, детекторы рентгеновских лучей и гамма-излучателей заплясали как бешеные. Не спрашивай меня, кто побеждает, но там кипит жаркая битва, которой я смог подобрать единственное объяснение.

— Кто-нибудь еще знает об этом?

— Я никому не говорил и не делал никаких записей. Мы должны распространить эту новость медленно и осторожно, иначе наши товарищи устроят мятеж и бесславно погибнут. Нам с тобой надо поговорить, разработать план действий. Как только мы решим, что следует предпринять, мы сообщим о новости и сможем сделать что-нибудь большее, чем устроить мятеж.

— Тогда зачем ты сказал об этом мне?

— Мне не обойтись без твоей помощи. Ты никому не проговорилась про Люсиль и шлюпку, ни разу не упомянула об этом случае. А кроме того, туповатому парнишке с фермы в Айове леди с таинственного Востока кажется самой здравомыслящей особой из всех его знакомых.