– Ну, что, Звёздочка, перейдём к делу?

– А мы что? Ещё не начинали?

– Так ты ж не давала. Ты превратилась в комок страха. Чего испугалась? Неужели подумала, что я какой-нибудь маньяк? Между нами должно быть полное доверие, а иначе - никак.

– Я боялась, что ты меня раздавишь. У меня никогда не было такого огромного мужчины, хотя в душе мечтала и боялась. Я думала, что в экстазе ты не сможешь контролировать себя и можешь причинить мне страдания.

– Нет, это не серьёзно - во мне всего сто сорок кэгэ. Я ещё могу понять женщину, которая впервые оказалась вообще с мужчиной. Но ты же опытная женщина!

– Да, я опытная женщина, потому и веду себя с опаской. В моей практике было пять случаев, когда оказывалось, что я доверялась садистам! Во всех случаях мужчины были мелкими, соизмеримы со мной и мне удавалось от них отбиться. А от тебя не отобьёшься!

– Тогда давай сделаем так: может, отложим "сидорову козу" до подходящего времени, когда ты будешь полностью мне доверять, а пока я полностью доверяю тебе. И выглядит это так: обхвати меня за шею, я беру тебя под колени и выпрямляюсь. Тебе это знакомо?

– Знакомо, но подходящего случая, испытать самой, не было: мужчины были всё мелкие.

– Вот и испытывай!

* * *

С обоюдного согласия решили на обед не отвлекаться и перебиться настоящим индийским чаем и тортом. И до ужина не покидать номер, наслаждаясь компанией друг друга.

– В номере душно, поэтому предпочитаю ходить голой, чего и гостю желаю, - сказала Ситара, колдуя над приготовлением чая. Вскоре по комнате разлился удивительный чайный аромат. Если бы аромат измерялся в децибелах, то этот аромат тянул бы на все 100 дб

Станислав развалился в кресле и наблюдал за Ситарой и за её хлопотами по сервировке стола. К чаю она выложила торт и что-то незнакомое, но на вид очень вкусное в форме шариков.

– Ситара, что это за чай? Такого сильного аромата мне ещё не приходилось вдыхать.

– Этот чай изготовляется на фабрике моего мужа эксклюзивно для нашей семьи. Во все поездки всегда беру с собой только этот чай. А вообще-то, я считаю, что больше половины населения Земли настоящего вкуса чая не знают, как не знают и настоящего вкуса кофе.

Окончив хлопоты, Ситара тоже развалилась в кресле напротив Станислава. Их разделял только стол.

Состоявшаяся перед этим сексуальная разрядка позволила мыслям в обоих головах наполняться содержанием, отличным от секса и обмениваясь ими, они значительно обогащались информацией, полезной для обоих.

Незаметно темой разговора оказалось кино. Оба признались в любви к кинофильмам, производимым в стране, представляемой собеседником. Но Ситара, восхищаясь советским кино, отметила один существенный недостаток - уж больно трудная любовь показывается в фильмах: ну, полюбили друг друга, так признайтесь в этом и дружба ваша будет полноценной. А полноценной дружбу делает секс. Взять, к примеру, фильм "Кубанские казаки". Какие замечательные песни, люди. А главные герои любят друг друга и вместо того, чтобы признаться в этом и пользоваться любовью, затевают непонятные игры: какие-то недомолвки, споры. Или ещё пример: "Дело было в Пенькове". Главные герои тоже влюблены друг в друга, но он женат, и это, видите ли, является препятствием к их счастью. Альтернативой их счастью как раз и был бы секс.

– Ситара, то, что ты сейчас наговорила, у нас считается аморалкой, безнравственностью. Ты сама смогла бы так сделать, как советуешь?

– И ты ещё спрашиваешь? А наш с тобой адюльтер, ни наглядный ли тому пример?

– Но наш роман зарождается далеко от наших мест, и мы не опасаемся разоблачения.

– Я не опасалась бы этого, даже если бы мой дом находился в соседнем здании.

– Ой, ли!, - Станислав искренне был удивлён.

– А что - "ой, ли"? Серьёзно говорю. Я мужу позволяю фривольность, а он - мне. Мало того, мы рассказываем друг другу о наших любовных похождениях. Оба довольны и счастливы, и нашему браку ничто не угрожает.

– Так что?
– у вас нет обязанностей друг перед другом? У вас нет понятия о верности, пусть не фактической, но хотя бы публичной?

– Но это же ханжество: клясться в верности, прекрасно сознавая, что подвернись соблазнительная и доступная фигурка женская, мужчина случая не упустит. У женщины другие критерии в выборе мужчины. Если эти критерии налицо, то верность мужу под угрозой. Зачем подвергать себя таким испытаниям, если можно сразу договориться о территории верности, куда связи на стороне не входят по причине крайней несовместимости с ней. Поэтому у нас редки случаи разводов.

– А дети у тебя есть?

– А как же? Старшему сыну двадцать лет, младшему - четыре года, а между ними трое дочерей; то есть всех - пять человек. В наших планах родить ещё двоих.

– Дааа! Не хило, не хило! Так сколько же тебе лет?

– А сколько дашь?

– Не старше меня, а мне - двадцать восемь.

Ситара разразилась громким счастливым смехом, и даже захлопала в ладоши. Отсмеявшись и несколько посерьёзнев, она "огорошила" Станислава:

– Мне уже почти сорок лет!