— Все живы?

— Вазаша сильно избили, переломали руки, ноги, — голос Кларетты сорвался на плач. — Нужен лекарь. Мальчишки, к счастью, во дворе были, когда все началось. А Нарезу… Этот ублюдок снова надругался над ней и порезал ее милое личико. Смилуйся, Хранитель… Меня не заметили. Я спряталась, а потом выскочила через черный ход и побежала к вам, по дороге послала одного из своих сыновей к «Сотне».

Артанна хмуро выслушала сбивчивый рассказ.

— Что скажешь, Федериго?

— Однозначно, судить.

— И какой приговор ему вынесут? Паоло и Танор успеют выкупить ублюдка. Но если я…

— Даже не думай, — Гвиро схватил Артанну за руку. — Это слишком серьезно, чтобы вершить самосуд. Паоло — важный для города человек.

Серые глаза Артанны недобро блеснули.

— И поэтому его сыночек, этот сучий потрох, будет разгуливать на свободе?

— Нет. Но я настаиваю на соблюдении процедуры закона.

— Знаю я эти процедуры, — прорычала Артанна и вырвала руку из хватки гацонца. — Ничего это не даст. Вазаш — не гражданин.

— Успокойся, Артанна! До утра я ничего не могу сделать.

— Зато я могу, — прошипела вагранийка, застегивая куртку. — Отдайте мне оружие. Кларетта пусть останется здесь. Ты тоже не высовывай носа из дома, пока я не пришлю весточку.

— Пойдешь одна? — опешил Гвиро. — С ума сошла?

Артанна приладила поданные слугой клинки к поясу и надела плащ.

— Не одна. Но это уже моя забота.

Помощник наместника покачал головой:

— Доношу до твоего сведения, что не одобряю этого решения.

— Как будто это что-то изменит, — бросила на прощание Артанна и вышла.

Покинув дом Гвиро, она тщательно спрятала приметные волосы под капюшон и еще раз поверила, легко ли вынимались клинки из ножен, затем отвязала коня и вывела его со двора. Оказавшись в переулке, наемница остановилась.

— Веззам, — нараспев позвала она. — Выходи. Я знаю, что ты здесь.

Ему хотелось выругаться, но он подавил брань и молча вышел из тени пристройки.

— Ты все это время знала, что я слежу? — поравнявшись с командиром, спросил наемник.

— Шрайн давно сдал тебя с потрохами. Не злись на него, Молчун. Он хотел, как лучше, а мне было интересно, когда тебе уже надоест ходить за мной по пятам.

— Я не буду оправдываться.

— Так и я плачу тебе не за оправдания. Впервые за год ты оказался здесь вовремя, вот что важно. Об остальном поговорим позже. Сейчас нарисовалась проблема.

— Я видел женщину, которая вбежала в дом Гвиро. Дело в ней?

— Ага, — кивнула Артанна. — Ты вооружен?

Веззам откинул полу плаща, скрывавшую ножны меча. Из каждого сапога наемника торчало по рукояти кинжала, к поясу крепились несколько ножей.

— Прелестно, поехали. Здесь рядом.

— Так что случилось? — нетерпеливо спросил Веззам, отвязывая свою лошадь.

— Наших бьют, — коротко ответила Артанна и пустила коня рысью.

— Леди Лисетта Тьяре, — объявил секретарь, впуская в кабинет молодую женщину в целомудренном наряде из эннийского шелка.

Голову дамы венчал конический головной убор с длинной полупрозрачной вуалью, высота которого демонстрировала статус баронессы. То же можно было сказать и по длине шлейфа, сморщившегося тяжелыми складками на ковре. Женщина робко остановилась в нескольких шагах от письменного стола Демоса.

Казначей оторвался от гроссбуха и поднял на вошедшую даму усталые глаза.

— Рад, что вы быстро откликнулись, леди Лисетта, — Демос жестом пригласил ее есть. — Нам есть что обсудить.

Секретарь тотчас скрылся за дверью. Женщина устроилась на самом краю обитого дорогой тканью кресла. Казначей сложил пальцы домиком и вгляделся в миловидное лицо собеседницы. Вуаль красивыми волнами спадала на ее плечи.

«Хоть картину пиши, — мысленно признал Демос и любезно улыбнулся гостье. — Однако, у моего среднего брата есть вкус. Но, увы, нет мозгов».

— Я получил ваше письмо, — спокойно начал Демос. — Не могу сказать, что проблема меня удивила, однако я вполне осознаю щекотливость сложившейся ситуации. Мой брат проявил неосмотрительность, непростительную для человека его положения.

— Барон…

Демос метнул жесткий взгляд, заставив Лисетту замолчать.

— Ваш муж это переживет, как переживет и супруга моего брата. Но об этом позже. Когда ублюдок появится на свет?

Лицо женщины дрогнуло от грубой, но правдивой формулировки.