– А я…примерно прикидываю, – едко бросила девушка с выражением отвращения на собственном лице. – Сейчас мы поедем на дамбу, и я уверена, что в скором времени от неё не останется и следа. И всё просто потому, что стремясь утолить собственный голод и желание поймать баланс – мы уничтожим и это место, параллельно с концами уничтожая самих себя.

Отто медленно отвернулся и принялся вышагивать кругами, погрузившись в мысли. Он прокручивал в голове её слова снова и снова, отчаянно выискивая в них смысл. Может быть, он нашёл бы его, если бы сейчас был в ином состоянии духа.

– Я…не понимаю, Виви, – он помотал головой. – То, что мы с тобой сделали…я…сделал бы это ещё раз, а потом ещё раз. Я…ведь…сделал всё правильно…так ведь, Виви? – с каждым словом его голос звучал всё менее уверенно и поддавался лёгкой дрожи.

Девушка тихо шмыгнула носом и вытерла слёзы, что предательски скопились в глазах. Она уже почти успокоилась, потому что знала, что грядущее – уже не остановить.

– Да, – она плавно кивнула. – Я бы тоже…повторила это, – девушка усмехнулась, закусив нижнюю губу. – В этом вся соль. Процесс уже необратим. Нас с тобой уже ничем не вылечить.

– А что…если я не хочу излечиться? – с долей протеста в интонации спросил Трой.

– А я…бы очень хотела быть такой как все, – горько произнесла Вивьен, глубоко вдыхая воздух и при этом зажмуривая глаза так сильно, как будто она испытывала дикую боль при этом вдохе. – Меня всё детство преследовали эти голоса, которые осуждали меня, высказывали страх и презрение. Но, возможно, будь я такой как все, я не встретила бы тебя, – её губы, искажаются под воздействием дрожи и вымученной улыбки. – Мой труп бы давно бродил по улицам Тихуаны и жрал бы всё живое.

Слушая её речь, которая не казалась Трою ничем, кроме отборного бреда, он, как ему чувствовалось, медленно сходил с ума. Словно заведённая игрушка, он всё ещё ходил кругами, смотря себе под ноги, и старался вникнуть в суть её слов. Не получалось. По крайней мере, он пытался. Действительно пытался.

– Смотри на звёзды, – пробормотала Вив.

Трой послушно запрокинул голову, мгновенно попадая под чары волшебно мерцающего Млечного Пути. Это, наверное, были единственные слова Виви, которые, по его мнению, имели смысл.

– Красиво, правда? – снова проговорила она, переводя взгляд со спины стоящего чуть впереди Троя на небо и обратно.

– Красиво, – согласился Отто, слегка улыбаясь.

– Ты спрашивал…жалела ли я когда-либо, – немного заикаясь, произнесла девушка.

– О чём?

– О тех, кого убила. Это было, когда мы ехали после стрельбища, помнишь? Когда я предложила тебе дружбу.

– А, да, конечно помню.

– Так вот, – совершенно беззвучно она достаёт из кобуры пистолет. – Есть кое-кто, о ком я буду жалеть. Но это нужно сделать…

Её рука почти не дрожит. Она делала это много раз. Просто нажать на курок и всё. Но сейчас это действительно сложно. Так вот оно какое – сожаление, вот каков его вес, с которым он давит на её руку и на её силу воли.

– Просто смотри на звёзды, – снимает с предохранителя.

Странно, что он совсем не слышал этого щелчка, наверное, был сбит с толку её бредовыми мыслями. Он был запутан, в её компании Трой не чувствовал себя в опасности, совершенно явно ощущая поддержку с её стороны.

Ник зазевался на какое-то время. Он даже не заметил, как заснул. Но он готов был поклясться, что слышал именно выстрел. Резко распахнув глаза, он встретился точно с таким же ошарашенным взглядом напротив – Джейк секунду глядел на него точно так же, а затем резко подорвался с места.

Ещё никогда сознание Вивьен, как ей казалось, не было настолько чистым и освобождённым от всего лишнего. Просто потому, что в душе её не осталось уже ничего. Они достигли своего баланса…и какова этому цена? Трой убил не одну сотню человек на руку с армией из ходячих мертвецов, а она…убила монстра, которого привела к этому действию.

Собрав оставшиеся силы в кулак, девушка, рухнув на колени, переворачивает мёртвое тело на спину. С нежностью и трепетом она смахивает с его лица крупинки песка, вычищая его настолько тщательно, что даже на ресницах не осталось пыли. Только кровь, которая ещё вытекала из раны от насквозь пробившей его голову пули, портила идеальность его аккуратно вычерченного лица.

Совершая какие-то механические в своём роде движения, Вивьен ложится рядом, сжав в своей руке ещё тёплую и податливую ладонь.