Мы спускались по многочисленным лестницам, преодолевая этаж за этажом, пока в конце концов не очутились на втором этаже. Вероятно, Гарри повел меня не по тому пути, который пролегал возле наших комнат, так как незнакомый длинный коридор заканчивался большими двойными дверями, схожими с теми, что были в холле.

— Там находится больничное крыло, — заметив мой взгляд, сказал Гарри. — Им заведует мадам Помфри, наша школьная целительница.

— Мадам Помфри? — переспросила я, слегка нахмурившись. Это имя точно царапнуло мой слух.

— Да, мадам Помфри. — Он забыл про дверь и теперь смотрел только на меня. — Но, по-моему, ее в Хогвартсе сейчас нет. Как и остальных преподавателей… Профессоров Флитвика, Макгонагалл, Спраут… Кроме Снейпа, Хагрида и Дамблдора…

— Профессор Макгонагалл! — вновь помимо моей воли произнес язык. — Я ее помню! Она декан Гриффиндора!

По лицу Гарри я поняла, что сказала все правильно. И тут же перед мысленным взором предстал образ высокой темноволосой женщины, взиравшей из-за прямоугольных очков строго и непреклонно. Волнение в очередной раз окатило меня с головы до пяток, и на губах появилась ликующая улыбка.

— А еще она преподавательница трансфигурации! — Гарри сиял, не скрывая радости.

— Надо же, как профессор Макгонагалл запала мне в душу, даже амнезия ей нипочем…

Я осеклась, вдруг осознав ЧТО именно сказала. Неужели те дорогие мне люди не настолько дороги, что из всех знакомых вспомнилась одна-единственная учительница? А как же Джеймс, Гарри, Ремус и другие? Почему так? Или они не вспоминаются из-за того, что я думаю о них каждый день?

— Гарри, ты можешь пока пойти к друзьям, а я поброжу здесь…

— Я не…

— Нет-нет, ты тут ни при чем. Но иногда одиночество бывает полезным. Десять-пятнадцать минут, не больше, — успокоила я его, увидев тревогу в зеленых глазах.

— Ладно. Если что, зови.

— Непременно.

Уход Гарри отозвался в груди странным сжатием. Я еле удержалась от того, чтобы не броситься за ним.

Нет, я не могу вечно находиться рядом с ним, надо понемногу привыкать, что все-таки у Гарри есть своя собственная жизнь, в которой определенное место занимают его друзья и знакомые. А мать, то есть я — другое, противоположное. Нужно время от времени преодолевать себя, как бы ни было неприятно.

Вздох в пустом коридоре прозвучал отчетливо и гулко. Может, я многого от себя требую?

Постояв так полминуты, повернулась к дверям больничного крыла. А что, если пробраться туда? Опять же, попытаться заглянуть через время, очутившись в знакомой обстановке… Наверняка за несколько лет учебы я хоть раз бывала здесь.

Тяжелая дверь не сразу поддалась. Когда я уверилась, что госпиталь заперт, створка вдруг сдвинулась вперед, отчего меня, держащуюся за круглую медную ручку, по инерции потащило за ней. Колени подогнулись, и я едва не упала. Хороша была бы, если бы внутри кто-нибудь все-таки оказался.

Но большое светлое помещение встретило меня тишиной и отсутствием постороннего внимания. Я выпрямилась, цепляясь за дверь, осмотрелась, но никого не увидела. Как сказал Гарри, мадам Помфри не было в школе. И опять, без всякого предупреждения, в голове возник образ женщины в белом переднике поверх темно-коричневого платья…

“…— Мисс Эванс, только пять минут. Мистер Поттер нуждается в отдыхе… Хотя какой тут отдых, когда его постоянно дергают, то один, то второй… Мистер Блэк! А ну выйдите сейчас же из госпиталя!”

Я вернулась в реальность, почти согнувшись пополам, упираясь ладонями в колени. Меня слегка подташнивало, а в ушах все еще эхом звучал суровый женский голос. Видимо, это и была мадам Помфри… Но что произошло в тот момент, когда она говорила эти слова? Джеймс попал сюда, в больничное крыло, а я приходила его навещать?.. Скорее всего…

В голове вновь запульсировала боль. Я присела на ближайшую койку почти на ощупь и закрыла глаза. Пружины отозвались легким скрипом и умолкли. Я замерла, выпрямившись. Мне казалось, что, если побуду немного в одиночестве, меня посетит очередная вспышка, вот как сейчас…

Секунды шли, складываясь в минуты, но ничего не происходило. Я сидела, как и прежде, ровно, почти сдерживая дыхание, чтобы быть готовой ко всему…

Внезапный скребущий звук прозвучал для меня разорвавшейся бомбой. С участившимся пульсом я вскочила с кровати и закрутила головой, ища глазами его источник. Однако в помещении по-прежнему кроме меня самой не было.

Наверное, почудилось… Нервы-то надо беречь… Может, это ветка дерева за окном от порыва ветра прошлась по стеклу, а я навоображала что-то ужасное… Но сесть обратно уже не решилась. Да и оставаться здесь дальше вроде не имело смысла. Все равно эти приступы воспоминаний случаются не по мысленному заказу…