Бекил увидел, что слова жены справедливы, сел на коня, поехал на охоту.

Поохотился, изловил птиц. Вдруг перед ним проскочил раненый джейран. Джейран прыгнул с высоты, Бекил не смог удержать коня и вслед за джейраном упал с обрыва. Его правое бедро наткнулось на скалу и сломалось. Бекил крепко стянул ногу под кафтаном. Конь довез его до дома.

Вышел навстречу сын его Гараджа Чабан. Видит, отец бледен, а чалма спустилась на шею.

Гараджа Чабан спросил:

— Что с тобой, отец?

Бекил ответил:

— Приболел немного. Сними-ка меня с коня, сынок, снеси на постель.

Гараджа Чабан снял отца с коня, снес на постель, укрыл шубой, затворил дверь.

Бекил никому не сказал, что ногу сломал, но стонал на постели, охал.

Жена не знала, что и думать.

— Мой джигит, — молвила она, — что с тобой приключилось? Телу твоему на коня не подняться, стопе твоей в стремя не вступить, глазам твоим не узнать и жену! Пять дней не выходишь из дому. Ты не отступал перед лицом врага, не склонялся, когда в бедро тебе впивалась стрела.

Что с тобой? Неужели нельзя открыть тайну лежащей на твоей груди супруге?

Бекил отвечал:

— Я упал с коня, сломал ногу.

Жена заахала, рассказала сестре, сестра рассказала привратнику. Что вышло из-за тридцати двух зубов, распространилось по всей орде.

Всадник под черным башлыком понес весть врагу.

…В крепости Бейбурд у кагана Кара Арслана собрались беки: беки правой руки справа от трона, беки левой руки — слева. И смотрели в руки кагану. Перед Кара Арсланом на медном подносе лежал целиком зажаренный ягненок. Кара Арслан длинным ножом делил мясо и давал каждому беку кусок зависимо от его места и положения. Кара Арслан и беки приступили к трапезе. Каган дал знак:

— Привести пленника.

Привели Бейрека. Глаза у него запали, лицо осунулось, волосы смешались с бородой. И одет Бейрек диковинно: штаны — до колен, рукава рубашки — по локоть. Такова одежда пленника. Руки у Бейрека связаны. Смотрел Бейрек на чавкающих беков. Он уже несколько дней не ел, но высоко держал голову перед врагами.

Кара Арслан сказал Бейреку:

— Это ты Бамсы Бейрек, который победил великана Тепегеза?

— Я.

— Знаешь ли ты, зачем мы тебя похитили? Желаем, чтобы ты жил с нами. Что ты видел в огузской стране? Жизнь в поле, в степи, с зимовья на эйлаг, с эйлага на зимовье, все время на коне. Что в этом хорошего, джигит? Да будет здесь твое пристанище. Оставайся, живи во дворце, спи на шелках-кумачах, ешь сладко, пей, развлекайся. Но есть у нас одно условие. Прежде ты должен с шеститысячным войском пойти на землю огузскую. Никто лучше тебя не знает путей-дорог по тем горам и долам. Разгроми племя огузов, возвращайся — сделаем тебя беком, дадим тебе земли, золото, девиц. Проводи жизнь в богатстве и наслаждениях. Согласен?

Бейрек помолчал, посмотрел на смачно жующих беков, потом тяжело, холодно вымолвил:

— Деде Коркут говорил: если черного осла взнуздать, он конем не станет. Достойный сын чужим для своей земли не станет. Не буду я бесчестить свой род, свой корень. Не отрекусь я от своего племени. Пока у меня есть дом, не постучусь в чужую дверь. Раз я попал тебе, злодею, в руки, убей меня. Обнажи меч, отруби мне голову. Не боюсь ни меча твоего, ни кинжала.

Кара Арслан гневно выкрикнул:

— Уведите его и бросьте в колодец! Пока не начнет просить-умолять, не выпускайте. Пусть там сгниет, пусть подохнет!

Бейрека увели, сбросили в глубокий мрачный колодец. Вход прикрыли мельничным жерновом. Через отверстие в каменном жернове давали ему кусок хлеба с ладонь величиной и глоток воды.

Однажды в дом Газана пришли Ялынджык и Дели Кочар, преклонили колена, склонили головы. Ялынджык сказал:

— Да продлится жизнь державного хана! С того дня как исчез Бейрек, минул год. Ты пообещал, что Банучичек достанется тому, кто принесет весть о Бейреке. Весть принес я. И брат ее согласен. Теперь слово за тобой.

Газан обернулся к Дели Кочару. Дели Кочар знаком подтвердил слова Ялынджыка. Газан спросил у Дели Кочара:

— А что говорит сама девушка?

Дели Кочар ответил:

— Девушка и верит в смерть Бейрека, и не верит. Просит отсрочки. Говорит: я буду ждать его год; не придет через год — два буду ждать; не придет через два — три буду ждать. Если через три года не придет, пойду, за кого велите.

Газан молвил:

— Да будет так. Год уже миновал. Еще год пройдет справите малую свадьбу. А еще год пройдет — и большую свадьбу справите.

У дороги, на земле, на камне, сидел сгорбленный, ослепший старик. Это был Бейбура. Послышался звон колокольчиков. Бейбура поднял голову. Устремил слепые очи неведомо куда.

— Приходящий или уходящий? Кто ты, откуда, куда идешь? — спросил он.

Старый купец ответил:

— Это мы, Бейбура, торговые люди. Уходим в далекое странствие. Ялынджык посылает нас за товарами. Он получил разрешение на свадьбу.

Бейбура молвил:

— Купцы, судьба играет нами! Если вы перейдете высокие горы, если пройдете мимо именитых городов, если дойдете до дальних и дальних стран, спросите о моем сыне единственном. Может быть, где-то в местах недоступных кто-либо знает, жив он или мертв. Принеси мне весть, купец. Да будет твоей жертвой моя побелевшая голова, купец.