Вперед, прогресс! Даешь цивилизацию!

А пока семь шагов к счастью. Шаг первый — это когда очищенное зерно замачивается и выкладывается тонким слоем, ему дают время, дня два, иногда три, чтобы зерно проросло, в этот момент часть зернового крахмала превращается в сахар. Второй шаг — зерно извлекают и просушивают, давая термическую обработку в печи, совсем легкую, лишь для того, чтобы убрать влагу. Теперь же, делая третий шаг, все это размалываем с добавлением солода, помещаем в бродильные чаны под заливку горячей водой. Все перемешиваем, выстаиваем еще пару дней, для того чтобы выпал осадок, — специально выращенных культурных бактерий у меня не было, потому просто добавил винных дрожжей, — далее начинается брожение, масса шевелится и пузырится, обдавая кислым запахом, выделяя углекислый газ и давая градус. И вот он, четвертый шаг, когда мне из города привезли медный перегонный куб, поблескивающий в лучах солнца своим красным боком. Тройная дистилляция. Первый раз прогоняем с результатом в двадцать пять-тридцать градусов крепостью, второй прогон после остывания дает уже градусов шестьдесят-семьдесят! Третий финальный, это как контрольный выстрел в голову, градусов уже не добавит, зато очистит совесть, добавляя чистоту продукту.

Теперь делаем пятый шаг и покупаем у мастера собранные вручную бочки из дуба. Да, теперь осталось только разлить все и поместить под землю в темноту и тишину с покоем. Будущую радость нельзя беспокоить, никакой суеты, подвал я приказал заложить камнем, чтоб ни у кого и мысли не было туда сунуться и побеспокоить «мою прелес-с-с-сть».

О шестом шаге, когда я смогу попробовать хотя бы глоток, можно только мечтать, нужна выдержка, должен сформироваться непередаваемый букет и вкус, напиток приобретет свой нежный золотистый цвет. Но, увы и ах, минимум должно — по традиции и технологии — пройти три года!

Ах, время! С каким же удовольствием я буду когда-нибудь в будущем делать седьмой шаг, смешивая года и вкусы, разливая их по бутылочкам! Черт возьми, мне уже жалко отдавать свое детище, даже за деньги! Впрочем, если за приличные…

Весь процесс я контролировал сам, теперь есть первая партия, следующую заложу уже весной, немного изменив вкус — всего лишь добавлю унцию коры ореха в бочки. Ну уж тут все дело в фантазии мастера. Да и худо-бедно обученный персонал у меня теперь есть.

Под второй куб мне в замке строили алхимическую лабораторию. Следующим этапом были в моем списке медикаменты. Аптекарский опыт благо у меня еще старой школы. Беда только с весами, как на глаз делать меры, я пока не представлял.

Ну и мыло! Ребята, я так соскучился по мылу и моющим средствам!

Но легко сказать, а сложно сделать. Нет, общий процесс мыловарения прост до безобразия: масло либо жир плюс щелочь и вода равняется мыло. Масло, пожалуйста, жира полно, воды вообще вон река целая течет, а вот где мне взять щелочь, гидроксиды металлов? Неожиданной помощью в этом вопросе мне стала наука, полученная мной в деревне Дальняя, когда мы со стариком Охтой выделывали свежие шкуры золой и солью, которые нам заменяли дубильные вещества. Я еще тогда в деревне вспомнил про поташ, или углекислый калий, который иногда используют в фармацевтических препаратах, хотя в основном он применяется в производстве стекла и в красильном производстве.

Сама технология производства поташа стара как мир, я не удивлюсь, если и здесь он известен, просто не популяризован.

Все, что нам нужно, это сходить на задний двор, к зольной яме, куда высыпают золу из каминов и печей. Взять этот продукт горения, постаравшись не перемазаться, как черти, поместить в любой сосуд, имеющий на дне отверстие, слегка утрамбовать и залить все это хозяйство водой. Вода будет просачиваться через золу и вытекать из отверстия в дне в виде мутной жижи, которую собирают в отдельный сосуд. Затем мокрую золу удаляют, насыпают свежей золы, которую обливают полученной жижей из смоченной первой золы. Такую операцию повторяют до тех пор, пока одна и та же вода, пропущенная через несколько порций золы, не сделается густой и тягучей. Полученную жидкость пропускаем для очистки от твердых частиц через редкую ткань и нагреваем в глубокой железной сковороде до испарения воды. После испарения воды на дне и стенках сковороды останется серая накипь, которую собирают в другой сосуд. Собранную накипь прокаливают при сильном огне на сковороде и получают белый порошок — поташ.

Ха! Я гений! Воришка, конечно, и плагиатор, но гений. Причем чистый! Сам в золе не ковырялся, да и наконец впервые за столько дней я смог взять в руки кусок мыла с добавлением хвойного экстракта и отдраить свою шкуру до скрипа. Надо же, первый мой шаг не в будущее, а в реальное производство — такой колоссальный успех и абсолютный провал: как заставить людей покупать мыло, если они понятия не имеют, что это такое?

У меня было мыло с запахом розы, я оборвал все кусты в замке, с запахом хвои, слуги у меня лазили по елкам, два сорта на травах — и совершенно не было рынка сбыта! Что за безобразие? Как мне толкнуть товар в массы?

Ответ пришел сам, совершенно без моего участия, причем с пугающей скоростью лесного пожара. А все почему? Потому что женщина, и этим все сказано. Cherchez la femme, как говорят французы. Мои прачки после апробации мыла рассказали подружкам, те другим, другие третьим, и, когда я отправил в Касприв первую партию, пытаясь придумать рекламу и разрабатывая различные маркетинговые ходы, ничего не понадобилось! Через час ко мне в кабинет вошел Энтеми с выпученными глазами, молча положил на стол увесистый мешочек с деньгами и так же молча вышел.

Его на базарной площади чуть не разорвала толпа дам, требующих еще, еще и еще! Успех был сладок и приятно тяготил мой кошелек. Да уж, кто бы мог подумать, что даже здесь, пребывая чуть ли не в первобытных условиях, женщина будет тянуться к чистоте! Ах, как я их за это люблю и уважаю!

— Господин барон! — Меч баронессы на сегодняшнем спарринге был обходительным и просто ласкал меня. — Не просветите леди по поводу вашего странного вещества, которое вы продаете в городе?

Меня ждет успех! Леди Лесса наверняка уже собрала все слухи и просто не знает, как подступиться ко мне с просьбой.