— Вакинья васк мани. Пророчества на моранском сами срывались с ее языка. Она и раньше говорила на мертвом диалекте. Н о сейчас он исходил из самого ее сердца. Васк мани ханхени де нэо вое.

Гроза идет. Тьма идет и заберет вас всех с собой. Конь несся так быстро, что люди и их лица превращались в расплывчатую дымку. Но королева прижималась к лошади ближе и ближе. Она велела коню мчаться быстрее, чтобы ни одна стрела не смогла их задеть.

Ожесточенные бои останавливались, едва рядом проносилась Эльба. Солдаты, будто завороженные наблюдали за черноволосой нимфой, выкрикивающей странные слова. Она глядела ровно перед собой. Ее голубые глаза помутнели от ярости, и небо загрохотало, не имея сил сопротивляться такой мощи. Казалось, война прекратилась, потому что вопли и крики стихли, дребезжание столкнувшихся мечей сошло на нет. Вся равнина омертвела в ожидании, и девушка почувствовала себя истинным сердцем Вудстоуна.

Она порывисто потянула вожжи, зашипев, словно черная гадюка, и конь затормозил, подняв пыль. Нимфа оказалась в самом центре поля. За ее спиной виднелись скульптуры Алмана и Вигмана Барлотомеев, впереди простиралась линия реки. Наверняка, Алман мог заметить ее белоснежного коня даже с такого расстояния. Королева грациозно спрыгнула на землю. Она понимала, что затишье вот-вот оборвется, но не боялась. Эльба поправила взъерошенные, угольные волосы, вздернула подбородок и ядовито улыбнулась, когда над ее головой загремели грозовые тучи. Она едва слышно прохрипела:

— Буря пришла.

А потом опустилась на колени и свирепо ударила кулаком по земле.

От ее сомкнутых пальцев отскочили десятки маленьких трещин, растущих под звуки разъяренного, сверкающего неба. Солдаты ринулись вон от ведьмы, а она резко наклонила голову, ее шея хрустнула, и молнии сверкающими стрелами обрушились на равнину.

Солдаты Алмана пытались напасть на королеву, но земля под их ногами рушилась и ниспадала в глубины Тартара. Тетиву натянули лучники. Они собирались выстрелить, как вдруг заметили, что за спиной речной нимфы появились две гигантские, каменные статуи, шествующие по полю боя, будто живые. Статуи братьев Алмана и Вигмана Барлотомеев.

— Великие Боги, содрогались воины.

— Ведьма!

— Что это?

Солдаты побросали оружие и кинулись вон, неистово крича, но каменные монстры настигали их, хватая в ладони или давя их необъятными ступнями. Эльба контролировала каждое движение скульптур, не обращая внимания на кровь, текущую рекой из носа.

— Вакинья васк мани! Шипела она, перебирая пальцами воздух. Васк мани!

Корни деревьев вырывались прямо из-под земли и неслись за противниками. Нимфа слышала, как они раздирали солдат Алмана на кусочки, видела, как они откидывали части их тел в стороны. И она наслаждалась этим. Она наслаждалась своей мощью и вопила, что есть сил, разрушая все, что находилось вокруг. Она смотрела на разгневанные тучи злая и уверенная в том, что поступает правильно, но из ее глаз лились горячие слезы.

На другом конце поля, у реки, Алман Многолетний в ярости рычал на своих солдат.

— Убейте ее! Е го черный взгляд прожигал нимфу ненавистью. Убейте!

Мало кому удавалось приблизиться к королеве. Но все-таки один из воинов натянул тетиву и выпустил стрелу прежде, чем его смахнула с равнины гигантская ладонь. Нимфа закричала от боли, почувствовав, как стрела вонзилась ее плечо, и обессилено повалилась на колени. Перед глазами все закружилось. Судорога парализовала тело нимфы, и в то же мгновение статуя Вигмана разрушилась, расколовшись на десятки огромных камней.

— Что ты делаешь? Взревел знакомый голос. Эльба распахнула глаза и неожиданно увидела перед собой перепуганного, разъяренного Ксеона. Нужно уходить. Вставай, мы должны срочно уйти!

— Нет, девушка отмахнулась, едва не свалившись на землю. Она перевела взгляд на горизонт, туда, где находился Алман, и прошипела, я убью его, убью их всех.

— Эльба!

Нимфа непослушно поднялась на ноги и зажмурилась от ужаснейшей боли. Вокруг выстроились солдаты Догмара, они прикрыли королеву щитами, и она прохрипела:

— Немного, мне осталось… немного.

Ее рука вновь взмыла в небо, и каменная статуя Алмана направилась к Арбору. Да, Эльба уничтожит их всех, каждую деревню, каждый дом. Алман принес горе в ее жизнь. Значит, она отнимет все, что у него есть. Она отнимет его сердце, она разобьет его!

Эльба закричала, и монстр безжалостно ударил кулаком по земле, отчего появилась гигантская трещина, крадущаяся прямо к королю Арбора. К мерзавцу и убийце! Девушка плакала, наблюдая за раскалывающейся равниной, а Ксеон схватился за ее плечи.

— Что происходит? Он в ужасе смотрел в ее глаза. Эльба, скажи мне, что с тобой?

— Он…

— Кто?

— Он забрал его.

— Кого забрал? Юноша взял лицо девушки в свои руки. Тебе срочно нужно уйти, ты ранена, Эльба, позволь мне тебя увести.

— Он убил его, Ксеон. Язык нимфы заплетался, она чувствовала, как темнота хитро подкрадывается со спины, чтобы неожиданно наброситься на плечи. Девушка изнуренно ухватилась за жилет молодого мужчины, откинув потяжелевшую голову. Убил… его.