Это больше чем просто доверие - это освобождение.

Я не чувствую себя низкой или грязной. Я не пытаюсь замкнуться в себе, ожидая момента, когда снова почувствую себя хорошо. Осознание этого манит меня, я отдаю Куинну каждую частичку себя, заставляю его достигнуть экстаза вместе со мной.

И вскоре он уже там, его низкий стон отдается внутри меня вибрацией, он вогнал свой член до самой стенки горла и начал кончать мне в рот, и я не оттолкнула его. Я сжала его яйца и подавила рвотный рефлекс.

Внезапно его рука легла на мои волосы. Его пальцы запутались в них, схватившись за пряди, пока он пульсировал на моем языке, и я застонала, позволяя вибрации своего голоса привести его к краю.

Он наклонился и поставил меня на ноги, его губы нашли мой рот еще до того, как хотя бы одно слово было произнесено между нами. С томным поцелуем, обрушившимся на мои губы, Куинн схватил мое лицо, прижимая меня к себе, его твердое естество все еще терлось о мой живот.

– Боже, твой рот… как же сильно я тебя хочу, - сказал он. Его глаза пристально смотрят на меня, изучая черты моего лица, словно он пытается разгадать загадку.
– Как…?

– Не пытайся это понять, - сказала я, останавливая его до того, как нас обоих охватит чувство вины. Я не хочу об этом думать… не сейчас.
– Как насчет… душа? Это гораздо больше того, что ты должен получить за то, что развязал галстук.

Я подмигнула.

Он улыбнулся, но входящий вызов на его мобильном разрушил момент.

Он отпустил меня, и я скрестила руки на груди; прохладный воздух ощущался острее без его горячего тела. Я подняла с пола футболку, понимая, что душ не предвидится, слыша злые комментарии Куинна по телефону.

В какой-то момент реальность должна была обрушиться на нас. Когда он завершил вызов, его руки с силой сжали телефон, и реальность стала ужасающе настоящей.

– Одевайся и прихвати с собой дополнительную одежду и что там еще может понадобиться, - бросил он, не смотря на меня.

– Почему? Что происходит?

Куинн запахнул рубашку и начал ее застегивать, затем повернулся, его лицо не выражало и намека на ту страсть, что мы только что разделили.

– В участке утечка информации. Я не могу оставить тебя здесь. Ты идешь со мной. Надо продумать меры безопасности…

– Я не…

– Ты пойдешь, - твердо прервал он меня.
– Ты в опасности, Эйвери. Теперь единственное, что я могу сделать, чтобы быть уверенным, что ты в безопасности, это держать тебя ближе к себе.

Бросив на меня еще один взгляд, Куинн ссутулился. Он встал передо мной и обернул свои сильные руки вокруг моей талии. Поцеловав меня в лоб, он произнес: - Я не хорош в этом. Но я хорош в своей работе, Эйв. Позволь мне тебя защитить.

Я кивнула.

– Я знаю. Хорошо.

И это означало, что наш маленький мыльный пузырь только что лопнул.

– Дай мне время… и как только мы поймаем тех, кто ответственен за охоту на тебя…

– Куинн, - остановила его я, положив голову ему на грудь.
– Все в порядке. Пошли, поймаем плохих парней.

Поиск крота в департаменте должен был стоять у меня в приоритете, после того как мы закрыли последнее дело. И хотя ублюдок замолк, не оставив после себя ничего, кроме мелких правонарушений и штрафов ПДД, о которых было сообщено прессе, тем не менее, учитывая суматоху, вызванную делом о серийном убийце, было лишь вопросом времени, когда произойдет нечто подобное.

Шариковые ручки двигались по бумаге с раздражающим, царапающим скрипом, на многочисленных мониторах транслировался один и тот же канал. Столы пустуют, телефоны звонят безостановочно, Эйвери и я повернули за угол. Большая группа людей собралась вокруг одного настенного телевизора.

– Пошли, - сказал я, взяв Эйвери за руку. Я повел ее подальше от толпы, направляясь к своему кабинету в обход.

Она нужна мне здесь, чтобы быть уверенным в ее безопасности, но по ее лицу, бледному и паникующему, было очевидно, что она не готова сейчас вынести поток вопросов или сделать заявления. Кроме того, помимо необходимости знать, что она в безопасности, причина, по которой она со мной, /заключалась в том, что Эйвери не должна была делать заявления кому-то еще, чтобы эта информация не просочилось к чертовым газетчикам.

Закрыв за нами дверь, я опустил жалюзи. Затем повернулся к столу и удивился, увидев в моем кресле Сэди.

– Что ты здесь делаешь?

Я не хотел, чтобы это прозвучало так по-идиотски, но она привыкла к моим выпадам и только ухмыльнулась.

– Ты сказал мне войти в курс дела, помнишь? И я продвигалась в расследовании, пока не произошло это, - она повернула экран ноутбука к нам.
– Это уже второй репортаж. Векслер кипит от злости, - она уставилась на меня и Эйвери.
– И он очень огорчен, что Эйвери не осмотрели должным образом.