– Юра, не тебе лица нет! Где тебя так потрепало? И запах я скажу... И что это за посох такой?
– указала она на обломок артефакта торчащий у измятого попаданца из-под мышки.

– Мумяме...
– пробурчал Юра под нос совсем не то, что хотел сказать. Собравшись силами, он всё-таки "родил": - Вы меня здесь давно ждёте?

– Я с утра, - тараторила девушка, - а Женя периодически подходил. Час назад какой-то милый горожанин, что с очередной телегой приехал, нам на пальцах объяснил, что видел тебя на дороге.

Тут Марина обвела руками круг. Что вероятно символично обозначало Юрину комплекцию.

– Ох! Тут такое!
– что-то вспомнив, заволновался молодой человек, - я на дороге, часа два назад с местной знатью пообщался, или кто они здесь такие. Так вот, там дедушка один по-русски говорит весьма неплохо. Я его особо не расспрашивал, не до этого было. Но он точно имеет отношение к семье местного лорд. Надо его найти. Они у меня это, карцибел купили.

Женю сказанное заинтересовало неимоверно. Но человеком философ был очень взвешенным, поэтому в расспросы не пустился, а лишь коротко уточнил:

– Герб - волны с поднимающимися из воды солнцем и серебряной гидрой на его фоне?

Юра закивал.

– Да у тебя губа рассечена и вся шея синяя! Что ты с ней делал? Повеситься что ли пытался?
– не унималась Марина, игнорируя информацию о русскоговорящей знати.

– Это гоблины, - пробурчал молодой человек.

Глаза собеседников загорелись любопытством.

– Ладно, ладно, - взял инициативу Женя, - тебя надо отмыть и переодеть, - философ осмотрел Юру внимательным взглядом.
– А то все эти царапины могут загноиться и будут проблемы. Здесь достаточно продвинутая медицина, думаю жрецы в общежитии нам помогут. Пойдёмте, они скоро уйдут домой. Опоздаем, придётся делать крюк в храм.

Юра кивнул и указал пальцем на башню.

– Мне это, надо снаряжение вернуть.

– Ага, давай, - согласилась Марина.
– Нам его стражники тоже показали, там столько всего. Ты говорил про карцибел, неужели убил монстра?!

– Аругура, - опять пробурчал Юра непонятное. И внезапно понял, что у него банально язык заплетается от усталости.

Разэкипировка заняла весьма мало времени. Когда скромный комплект брони был снят, как-то сразу полегчало. Выдвинулись.

Молодой человек пытался было рассказывать товарищам про гоблинов, подземелья и трофеи, но получалось смято. Тут он вспомнил про свой первый уровень и переключился на тему новых навыков, совершенно запутав повествование. Женя на это запротестовал:

– Эй, эй, так не пойдёт. Это всё очень важно. Давай ты чуть придёшь в себя и обстоятельно всё нам расскажешь. Я, кстати, два раза с утра в храм забегал. Даже один раз плиту точки возврата отодвигали. Судя по твоему виду и обрывкам рассказа, не появился ты там лишь чудом.

Юра завсхлипывал и завздыхал, всем своим видом показывая верность предположения. Наконец дошли до общежития.

– Это, - гордо и смущённо одновременно, сообщил молодой человек товарищам.
– Я пока мыться буду, вы трофеи мои изучите. А там решим, что почём. И это... вы не подумайте, что там за городом всё лутом усыпано. Видать повезло мне с ним сильно.

С этими словами он вывалил на стол гостиной кольчугу, футляр, фиал, мешочек с камнями и снял со спины арбалет, который вместе куском посоха положил на пол.

Марина даже взвизгнул от восторга. Два жреца, что подошли в гостиную и с которыми Женя сейчас объяснился методом жестикуляции, также охнули, но так, в пол силы.

Оставив "сокровища", Юра отправился мыться. Душу терзало чувство лёгкой тревоги по поводу сохранности найденных предметов, однако некая уверенность подсказывала ему, что ничего с его имуществом не станет. Во время процесса намыливания пахучим местным мылом и поливанием себя довольно прохладной водой из ковшика, в баню бесцеремонно заявился жрец, что принёс новый балахон со штанами, большое полотенце и какую-то баночку. Местные вообще к интиму относились спокойно, точнее никакого интима в их головах у не имелось совершенно. Ну моется человек и моется, не противоположный пол и ладно.

Положив принесённое на столик, религиозный служитель указал сначала на Юрин разодранный локоть, потом на баночку и сделал в воздухе движение словно размазывания чего-то по невидимой поверхности.

– Хоторм, - пояснил он и удалился.

И того, за отмыванием себя любимого, осторожным обтиранием полотенцем и смазыванием ссадин пахучей мазью, прошло более получаса. Из "бани" Юра вышел преображённый и посвежевший, но при этом ещё более уставший.

Женя изучал монету, Марина беззастенчиво надела на себя кольчугу и пританцовывала в ней.

Молодой человек пробрёл к стулу и обессиленно плюхнулся на него.

– Это...
– непонятно произнёс Женя и указал пальцем на Арбалет.

Юра захлопал глазами на столь информативное сообщение об оружии.

– Магический предмет, - подытожил философ, вероятно исчерпав лимит слов на сегодня.

Юра взял арбалет и принялся разглядывать его рукоять. Её более-менее удалось оттереть от субстанции похожей на зелёную шпаклёвку. Металл рукояти напоминал нержавеющую сталь, по которой бегали завитки чёрных узоров. Но в остальном оружие походило на окаменелость. Однако общее впечатление говорило, что оно целое совершенно, так как под налётом грязи металл оказался неповреждённым и необходимо было только странную грязь отскрести и поставить на плечи арбалете тетиву.