— Вы в порядке, сэр? — осведомилась Кэти.

— Я… — пробормотал он, глотая воздух, — боюсь, я не в состоянии двигаться.

— Вы непрактичный человек, не правда ли? — Кэти направилась было к ванне, чтобы помочь ему подняться, но в это время в дверном проеме возникла миссис Лонг. Некоторое время она расширившимися от удивления глазами смотрела на лежавшего в ванной мужа, потом бросила:

— Думаешь, я об этом не знала?

Она повернулась и пошла по коридору, а через секунду они услышали, как за ней захлопнулась дверь спальни.

Брок настоял, чтобы при интервью с Лонгом в дивизионе присутствовали как минимум два свидетеля, и Кэти прежде всего заручилась согласием Пенни Эллиот, поскольку доверяла только ей одной. Пенни, в свою очередь, порекомендовала сержанта Макгрегора из отдела тяжких преступлений. Они прошли в здание дивизиона через находившийся в нижнем этаже служебный гаражи поднялись по задней лестнице, избегая главного входа и лифтов в холле. Встреча состоялась на пятом этаже в конференц-зале, находившемся рядом с секретариатом Лонга. На часах было четыре пятнадцать утра, когда Кэти приступила к официальному допросу заместителя главного констебля.

Он проигнорировал ее.

— Я вам не рядовой обыватель, Дэвид. — Казалось, у него появилась настоятельная потребность обращаться исключительно к Броку, и Кэти по некотором размышлении решила с этим смириться. — Я — человек системы. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду? И в этой системе у меня имеется солидный список достижений, которыми я по праву могу гордиться. — Его манеры, речь и все поведение в целом были сдержанными и официальными. При этом глаза у него имели вполне осмысленное выражение, но вот серые щеки определенно нуждались в бритве. Когда он уезжал из дома, возникла небольшая фарсовая ситуация в связи с тем, что миссис Лонг отказывалась выдать ему какую-либо одежду. Ситуация, впрочем, благополучно разрешилась, поскольку чуть позже миссис Лонг сменила гнев на милость, приоткрыла-таки дверь спальни и выбросила в коридор целую кучу разнообразных предметов мужского гардероба.

— Я никогда не считал своей миссией поиск преступников. Это я оставлял другим. Честно говоря, эта сторона полицейской работы всегда представлялась мне малоинтересной. И некоторые люди эту мою позицию понимать отказываются. При этом они не требуют от главы корпорации «Британский уголь», чтобы он взял в руки лопату и шуровал в шахте! — Лонг едва заметно покривил губы в улыбке.

— Моя миссия заключалась во внедрении в полицейские структуры систем современного управления и менеджмента. Именно этим я занимался и занимаюсь. Вы не представляете себе, Дэвид, насколько устаревшими и примитивными были в полиции некоторые процедуры и системы прохождения документов, когда я приступил к решению этой проблемы. Теперь же все изменилось. И я готов со всей ответственностью утверждать, что это благие перемены. Последние данные свидетельствуют о том, что оперативность полиции графства резко возросла по сравнению с другими провинциальными дивизионами. Цифры вы можете найти у меня в офисе. Я бы хотел, чтобы вы на них взглянули. Полагаю, вы правильно оцените их смысл и значение. Такого рода достижения невозможно игнорировать, как это пытаются делать некоторые мои недоброжелатели, которых я бы назвал неандертальцами. Это, по моему разумению, единственное приемлемое для них название. Да-с.

Неожиданно он сделал паузу. Казалось, он вдруг потерял нить рассуждений, по причине чего в комнате установилось недоуменное молчание, чем Кэти и воспользовалась.

— Прошу вас, мистер Лонг, расскажите нам, что произошло во второй половине дня в воскресенье 28 октября прошлого года.

Ее тон не был ни враждебным, ни даже недоброжелательным, тем не менее его лицо болезненно сморщилось, будто она его ударила, а рука непроизвольно сжалась в кулак. После этого он заговорил снова — сквозь зубы и по-прежнему обращаясь исключительно к Броку:

— Дэвид, я хотел бы, чтобы мы продолжили этот разговор наедине. Окажите мне такую любезность, прошу вас.

Брок покачал головой:

— Это невозможно, Бернард.

Его ответ, похоже, потряс Лонга. Он беспомощно шмыгнул носом, вздохнул, но потом, сделав над собой усилие, попытался собрать воедино остатки своего уже понесшего значительный ущерб достоинства.

— Итак, вторая половина воскресного дня 28 октября прошлого года, — напомнила ему Кэти. На этот раз и она, и Брок по выражению лица Лонга поняли, что последний наконец перенесся мыслями в тот день. Вздрогнув, он заговорил тихим голосом, в котором уже не слышалось былого протеста.

— Я договорился встретиться с Алексом в гимнастическом зале в воскресенье в четыре часа дня.

— Значит, не в три, как вы сказали мне, когда я разговаривала с вами на следующий день?

— Значит, не в три.

— Итак, вы встретились с ним в четыре. Он был один? — Да.

— С какой целью вы встречались с Петроу?

— Хотел с ним поговорить. Мы с ним часто разговаривали. И у нас всегда находились темы.

— Какая у вас группа крови, мистер Лонг?

— Прошу прощения?

— Скажите, какая у вас группа крови, сэр.

— «АВ», кажется. А что?

Выражение его лица ясно говорило, что он не имеет ни малейшего представления, зачем она завела этот разговор.

— Да так, ничего особенного. А как бы вы охарактеризовали ваши с Петроу отношения в то время?

— Мы были друзьями.

— То есть любовниками?

Лонг ничего не сказал и уткнулся глазами в полированную поверхность стола.

— Вы были любовниками.

Никаких комментариев с его стороны не последовало и на этот раз.