– Допустим. Но какая разница?

– Принципиальная. Это значит, что ничего особенного не произошло.

– Не понимаю, о чем ты.

– Нормальный он, – улыбнулся Шунсуй. – Твой ребенок. Тебе кажется, что никто прежде так не делал, но, как ты сам видишь, до сих пор просто никто не решился узаконить связь со смертной женщиной. Но в самой такой связи нет ничего нового. И кто бы что ни говорил, твой ребенок не будет отличаться от твоего друга, от твоего лейтенанта, от твоей сестры, наконец. Самый обычный синигами-полукровка.

Бьякуя молчал довольно долго, пристально вглядываясь в безмятежное лицо командира. Потом с недоумением проговорил:

– Неужели Хаями тебе рассказал?

– Не совсем, – Кьораку запрокинул голову и уставился в небо. – Это Сайто. Ребята просто хотели тебе помочь, но не знали, как. Вот и решили посоветоваться со мной. В конце концов, кому, как не нам, благородным, разбираться в таких тонкостях.

– В итоге выходит, что лучше всех в этом разбирается человек, в котором нет даже капли крови синигами, – недовольно бросил Бьякуя. – Это было все, для чего ты меня вызвал? Я могу идти?

– Да, это все, – кивнул Кьораку. – Можете быть свободны, капитан, – и он ехидно усмехнулся.

Кучики решительно поднялся и вышел из беседки. В его душе боролись противоречивые чувства: досада, что его личные переживания стали известны командиру, и облегчение, поскольку тот был совершенно прав. Облегчение понемногу побеждало.

***

Хисана родила мальчишку.

Бьякуя лучился гордостью, а вокруг мальца уже вились стаей все те, с кем успела сдружиться Хисана за время своего пребывания в доме Кучики. «Можно подумать, в Сейрейтее больше не осталось вовсе никаких детей», – ворчал порой Бьякуя. Но от дома посетителей не отваживал, поскольку ясно видел, что жене приятно их общество. Он не хотел, чтобы Хисана чувствовала себя в чем-то стесненной, и ему оставалось только радоваться, что ее друзья – по большей части те, кого он и прежде был рад видеть у себя в гостях.

Хисана едва оклемалась после родов и тут же потащила ребенка в сад, а уж там очень скоро собралась вся компания. Синигами чинно уселись рядком на траве.

– Славный пацан, – объявил Хаями, хотя мог видеть только покрывало, в которое был укутан малыш. – Бьякуя, ты должен доверить мне его воспитание.

– С чего это? – Удивился Кучики.

– Ты сам еще мальчишка! – Невозмутимо заявил Наото. – Чему ты можешь его научить? Такое дело надо поручить тому, кто постарше.

– Ничего подобного! – Возмутилась Рукия. – Это я должна его воспитывать.

– Почему ты?

– Я его тетя!

– А я тогда дядя, – ляпнул Ренджи. – Я тоже могу его чему-нибудь научить.

– Помолчал бы уж! – Одернула его Рукия.

– Глупости вы говорите, все трое, – отрезала Йоруичи. – Я давным-давно занимаюсь воспитанием отпрысков семейства Кучики. Вон, посмотрите, – она ткнула пальцем в Бьякую. – Скажете, плохо вышло? Это я стану натаскивать мальца.

– Осмелюсь напомнить, – холодно сказал Бьякуя, – что это мой ребенок. И заниматься его воспитанием буду я.

– Да кто ж тебе доверит? – Отмахнулся Хаями.

– Что вы разгалделись? – С наигранной строгостью сказала Хисана. – Ребенка разбудите.

В свертке одеял мирно посапывал маленький Кучики, даже не представляющий, какие страсти кипят вокруг его персоны.

Комментарий к Глава 0. Семья

* Об этом говорится в фике «Средства ничего не значат».

========== Глава 1. Клад ==========

Над Сейрейтеем стоял теплый летний вечер. Заходящее солнце еще путалось в ветках деревьев, но духота уже начала спадать. Капитаны шестого и девятого отрядов сидели на траве, прислонившись к стволам деревьев, в нескольких шагах друг от друга и перебрасывались негромкими ленивыми фразами. Только что они окончили тренировку на мечах и порядком вымотались. Поскольку это была тренировка чистой фехтовальной техники, они не ушли на полигон шестого отряда, занимались на поросшем лесом холме недалеко от поместий.

– Надо идти домой, – проговорил Бьякуя. – Еще немного поработать до захода солнца. Не очень люблю писать при лампе.

– Угу, – флегматично согласился Хаями. – Ты над чем сейчас работаешь?

– Фурикава.

– Ужасная заумь, – поморщился Хаями. – А ты еще и запомнил.

Над этим проектом Бьякуя работал уже несколько лет. Во время нашествия призраков город был полностью разрушен. Многое оказалось безвозвратно потеряно, но Кучики более всего сожалел о своей библиотеке. Огромная книжная коллекция была растерзана и втоптана в пыль, а ведь в ней прежде хранилось множество уникальных и редких экземпляров. Это было всеобщее бедствие города: целый пласт культурного и исторического наследия был потерян. Книги, которые удалось спасти, немедленно принялись тиражировать всеми возможными способами. Сперва переписывали вручную, а после, когда Куроцучи полностью восстановил свою лабораторию и наштамповал новой техники, принялись использовать и ее. Авторы книг принимались писать ранее созданные произведения заново. Но оставалось множество текстов, чьи авторы уже умерли, а книги не сохранились даже в виде обрывков.

Тогда-то Бьякуе и пришла в голову эта идея. Он сообщил Хаями, что труды некоторых философов помнит практически наизусть и вполне способен восстановить их по памяти. «Если я и допущу какие-то погрешности, – сказал он, – они не станут существенными для понимания смысла. Во всяком случае, это лучше, чем если этих текстов не будет вовсе». Хаями горячо поддержал эту идею и страшно сожалел, что не сможет вспомнить чьи-нибудь труды достаточно близко к тексту, поскольку не имел возможности зачитывать их до дыр с самого детства, как Кучики. Тогда Бьякуя предложил ему восстанавливать поэтические сборники, и Наото немедленно загорелся. «Это еще проще, – говорил он. – Можно просто записывать все, что вспомню».