Заплатив за все процедуры, мы решили начать с парикмахера, заодно сможем поговорить обо всём, что пропустили за это время.

Сев в кресло мастера, я сказала, что хочу отрезать длину и сделать каре до конца шеи, а потом покрасить кончики волос в русый цвет и, естественно, после всего этого сделать укладку. Девочки тоже озвучили своё желание, и в результате Николь снова станет прямоволосой девушкой с рыжими волосами чуть ниже плеч; она изъявила желание сделать себе каскад, а Линда просто хочет остричь секущиеся кончики и покрасить волосы в светло-русый цвет.

Меня удивила такая кардинальная смена цвета волос, она же просто пожала плечами и сказала, что хочется изменений.

— Ох, девочки, воспитывать ревнивого сына — это весьма трудно. Он постоянно ревнует меня к своему отцу, а должно быть совсем наоборот… Я просто в шоке! У нас не было секса с Маршалом уже больше четырех месяцев, и всё из-за того, что сын начинал громко реветь, когда мы обнимаемся или оставляем его одного, — рассказывает Николь, и мы начинаем дружно смеяться от того, что наша Николь прямо нарасхват, хотя раньше она только мечтать могла о внимании какого-либо парня, теперь её внимания требуют двое её любимых мужчин.

— Не пробовали просто отдать Джека его бабушке и заняться тем, чем хотите? — спрашивает Линда, и Николь смотрит в зеркало, а потом ударяет себя по лбу.

— Чёртова память! Спасибо большое, так и сделаем, — говорит рыжеволосая красавица и смеётся, смотря в зеркало, после чего берёт телефон и пишет сообщение своему мужу.

— А что сейчас делает Маршал? — интересуюсь я жизнью своего лучшего друга и поворачиваю голову, но руки мастера тут же возвращают её обратно. Я лишь закатываю глаза и продолжаю смотреть в зеркало, как мои волосы остригают. Сантиметров десять падает на пол, и я смотрю на секущиеся кончики моих бывших волос.

До свидания, волосы!

— Ничего. Он смотрит реслинг или наверняка пошёл со своими коллегами играть в пул. Он как-то сказал об этом вскользь, но я толком не расслышала из-за того, что просто торопилась к вам, поскорее отдохнуть от постоянных истерик.

Как же мне знакомо её желание. Я тоже устала от дочкиного рёва, бесконечной смены подгузников и истерик, когда та что-то хочет.

Закончив с парикмахером, мы отправились на маникюр, и тут уже Линда принялась рассказывать о том, как она справляется с двумя детьми. К слову также пришлось, что мы обе беременны, и Ники узнала об этом и о том, что у меня двойняшки. Рейт была так рада за нас, что даже расплакалась, но и посочувствовала мне, так как трое детей — это тройная тяжесть, но и тройное счастье, особенно когда они спят.

— Кстати о воспитании волшебных детей. Маршал знает, что вы волшебники. К нему вернулась память совершенно случайно. Я честно ничего не рассказывала ему, он сам как-то прозрел. Ну, а потом мне пришлось рассказать ему о вашем переезде в волшебный мир и о том, как развивается ваша Мэри.

Я замираю на месте и не могу выдавить даже слово. Он снова знает о том, что мы волшебники, и до сих пор даже не позвонил мне. Я решаю прервать работу мастера и вызвать друга на разговор, используя наушники — гарнитуру.

— Привет, дружище, твоя женушка всё нам рассказала. Почему ты до сих пор не позвонил мне, если всё вспомнил?

— Привет, Фран, подожди немного, я отойду в безлюдное место, — говорит он, и я жду, смотря, как мастер продолжает покрывать мои ногти шеллаком бежевого цвета. Я заказала рисунок сакуры на безымянных пальцах, а на всех остальных просто розовое оформление для кончиков ногтей.

— Я просто боялся тебе звонить после того, как вспомнил последний эпизод дня, когда знал о том, что вы маги. Я испортил вам всю жизнь, вас могли изгнать из волшебного мира, и мне стало так хреново, что я просто не решался тебе позвонить. Да и все остальные факты, например, что мы спали вместе, что ты постоянно рисковала своими силами ради того, чтобы у меня что-то получилось в танце. В общем, это заставило меня не звонить тебе, но теперь, когда ты знаешь, я хочу попросить прощения у тебя и у остальных за то, что причинил вам такие проблемы. Не знаю, кто дал мне второй шанс и почему я всё вспомнил, но впредь обещаю, нет, клянусь, что никому даже в крокодила не расскажу о том, что вы волшебники. Не говоря уже о том, что написать, сказать или еще хоть как-то проболтаться, — заканчивает свой монолог парень, и я смотрю на мастера с улыбкой на губах.

— Теперь нам станет намного проще, а особенно твоей жене. Николь и Джека мы уже пригласили в наш мир, когда переедем, теперь осталось только тебя. После SPA-салона мы сходим в правительство и договоримся о том, чтобы вам разрешили посещение нашего мира. Естественно, наш дом будет в вашем распоряжении. — Я делаю небольшую паузу, чтобы набрать воздуха в лёгкие. — Мы с мужем так решили, что переоформим дом на вас, дабы у вас постоянно был выход к порталу. К тому же тут у Джека будет своя комната, да и я уверена, что вы не остановитесь на одном ребёнке. Прямо как мы с Эриком и Линда с Сэмом. Хотя в нашем случае зачать двойняшек получилось случайно. А зная Линду, она могла бы и проверить срок годности таблеток, однако, похоже, хотела ещё малыша и забыла посмотреть на дату, — рассказываю я новости другу, и нас поздравляют с двух сторон: в наушниках Маршал, а в реальности — мастера маникюра.

— Получается, ты ещё долго не сможешь танцевать со мной? — говорит парень, и мой взгляд сменяется печалью.

— Знаешь, я тут подумала, нам, наверное, лучше продолжать сдавать студию в аренду. По крайней мере, пока наши дети не пойдут в школу. А там можно и продолжить. Просто сейчас для меня главное — это дети и поиски работы, только потом уже можно подумать о возвращении к танцам. Надеюсь, к тому времени я не стану старой развалюхой, — предлагаю своё решение партнёру по танцам, и мы соглашаемся с этим. Сейчас для нас наступило другое время, и мы сами стали другими.