Вдруг он опустил взгляд вправо, наткнувшись на черную трещину в земле.

— Проклятье, Лера, ты научилась впитывать разломы?!

Я стиснула зубы, испытав очередной приступ боли, чувствуя, словно внутри меня течет огонь. Он опалял вены, распространяя вокруг терпкий запах свежей травы. Материи.

— Больно, — вместо ответа пожаловалась я, — как будто там, внизу живота — ожог.

Нестерпимое ощущение локализовалось именно в этом месте. Самый сильный дискомфорт, перекрывающий даже свинцовый звон в голове.

Леран оглянулся по сторонам, удостоверившись, что вокруг никого нет. Но здесь были такие густые заросли кустов и травы, что нас вряд ли можно было бы найти без сияния того разлома, который я уже полностью впитала.

Тогда мужчина быстро опустил руку мне под платье и задрал юбку, обнажая голые бедра.

— О, нет, Лера! — простонал он, заставив меня приподнять голову и посмотреть.

От линии бикини до живота горело зеленое пламя. В том самом месте, где располагалась моя татуировка — взлетающая бабочка в каплях росы. Весь рисунок стал черным, как у Лерана, будто полностью выгорел. А на его дне плескались, изредка вспыхивая, изумрудные молнии материи.

— Я все же проклял тебя, да?.. — выдохнул он, бессильно садясь рядом и закрывая глаза рукой. Пальцы коснулись переносицы, словно он пытался сконцентрироваться. Принять какое-то решение. Успокоиться…

— Не волнуйся обо мне, — через силу улыбнулась я. — Не так уж все и плохо. Я уже чувствую себя почти хорошо.

Конечно, это была ложь. Леран убрал руку от лица, обжигая меня мрачным сиреневым взглядом. А в следующий миг притянул к себе, укладывая на сгиб руки, и ласково поцеловал.

— И вообще, с чего ты взял, что проклял меня? — спросила почти беззаботно, пытаясь терпеть жжение и тяжесть в теле.

Леран вздохнул, прижимая мою голову к своей груди.

— Потому что сперва магия должна была сама войти в твое тело и перевариться внутри, концентрируясь в каком-то одном месте, — он едва коснулся моей новой татуировки. — Когда твое тело полностью перестроилось, проклятье начало требовать пищи. И ты стала способна впитывать материю. Грубо говоря.

Я задумалась, вспоминая, как подошла к разлому. Меня и впрямь ужасно влекло к маленькой зеленой струйке.

— Но я умела призывать материю пением с первого дня в этом мире, — попыталась поспорить.

Леран покачал головой, прижимая меня сильнее, как ребенка.

— Ты была невосприимчива к зеленому яду, это правда. И потому пение позволяло тебе безнаказанно управлять этой магией. Многие в нашем мире способны на подобное, но держат свои умения в узде, потому что, такие эксперименты грозят смертью. Однако, ответь на вопрос: “В какой-то миг твои собственные способности вышли на новый уровень, не так ли?”

Я задумчиво кивнула. Похоже, Леран, как всегда прав.

— Сразу после нашего секса в твоем шатре я смогла вернуться в свой мир. Прежде мне не удавалось с такой легкостью удерживать материю в руках.

Вспоминать об этом не хотелось. Более того, я боялась, что он разозлиться, расстроится при упоминании о моем побеге.

Но — нет. Леран тихонько укачивал меня, поглаживая по животу. Он думал лишь о том, что по его вине я стала вторым проклятым магом на Беане.

— В тот день я не мог контролировать себя. Я был слишком слаб, — омертвевшим голосом сказал он. — А рядом с тобой остатки самоконтроля покидали меня слишком быстро. Я помню, как облако материи впиталось в тебя сразу после оргазма. Видимо, вспышка удовольствия каким-то образом послужила катализатором. Я хотел думать, что мне показалось. Надеялся. Но нет…

Мужчина медленно и уверенно впадал в состояние абсолютного отчаяния. Это было неправильно.

— Зато теперь я — такая же, как ты, — раздался мой довольный шепот, когда я притянула к себе его голову и поцеловала. — И могу вместе с тобой впитывать разломы.

Леран поморщился, словно это ему бабочка жгла кожу, а не мне. Хотя… сколько раз он испытывал подобные ощущения раньше? И ведь, судя по всему, испытывает и сейчас…

— Это не твоя забота, Лера. А моя, — грустно ответил он. — И мне жаль, что…

— Я хочу разделить с тобой все, — прошептала я, вновь притягивая его к себе, обрывая на полуслове.

Внезапно поцеловать его стало почти болезненно необходимо. Голова закружилась от желания.

Леран закрыл глаза, тяжело выдохнув, когда наши губы соприкоснулись, и я почти через силу проникла языком в его рот. Мне вдруг отчаянно захотелось почувствовать его в себе. Ощутить руки, сжимающие мои бедра, горячую плоть, наполняющую меня огнем страсти…

И в этот миг я увидела, как внизу живота черная татуировка пошла изумрудными молниями.