— Конечно, семнадцати раз вполне достаточно… — пробурчала я, вставая напротив блондина.

В помещении повисла тишина, наша дружная команда давала мне и Дереку настроиться. Все будто замерли в ожидании, что будет происходить дальше. Журналист, предвкушая отличные кадры для хроники, незаметно для самого себя начал грызть кончик своего карандаша.

Я задышала чаще. Дерек сделал шаг ко мне, провел ладонью по моей скуле. И это движение привычно вызвало у меня мурашки по спине. Такое чувство, что Дерек не прикасался ко мне целую вечность. Знаю, что это не так — все-таки только что держались с ним за руки, или на съемках мы постоянно то обнимались, то дотрагивались друг для друга. Но не так. На лице блондина не оставалось ни тени улыбки, будто он и не смеялся вовсе с остальными коллегами еще десять секунд назад. Зато во взгляде появилось что-то новое. Или хорошо забытое старое.

— Я хочу, чтобы сегодня ты осталась со мной, — прошептал он. В глазах мужчины горел огонь желания, голос срывался на хрипотцу, брови сведены вместе. Он стоял так близко, его рука медленно спускалась по моей шее, щекоча нервы. И сколько бы раз мы ни отыгрывали этот момент, сколько бы я ни повторяла себе, что это только сценарий, мозг все равно начинал плавиться. Особенно сейчас. Мы уже проходили через это, но, кажется, моему телу было плевать. Ему не нужна была новизна. Только Дерек, который одним отточенным жестом заставлял изнывать от предвкушения.

— Я… Я не могу, — губы дрогнули, я опустила взгляд, не в силах больше смотреть в глаза блондина. Настоящий румянец проступил на моих щеках, потому что я все еще помнила, насколько интимно звучит его голос. Мышцы внизу живота сократились.

Черт, как жарко мы занимались сексом в подсобке… И все начиналось точно так же. Камеры, сценарий, его пальцы на моей шее.

— Но ты хочешь.

Хочу. Хочу, черт возьми. Наплевать на то, что это повторяется уже не в первый раз. И закончится очередным провалом. Мозг плавится, разум отключается. Слова, мне надо не отступать от сценария.

— Я не должна, — почти шепотом отозвалась, закусывая нижнюю губу.

Дерек приподнял мое смущенное лицо за подбородок. И, не дожидаясь разрешения, впился в мои губы, словно мечтал об этом уже очень давно. Его ладони зарылись в мои волосы, а мне не оставалось ничего, кроме как прогнуться навстречу горячей ласке. Секунда — и Брэдфорд опустил руки к воротнику моей блузки, крепко вцепился в ткань и резким движением разорвал ее. Пуговицы посыпались на пол. Мое сердце пропустило удар, когда его ладони едва затронули мою грудь. И я точно знала, что это Дерек сделал нарочно.

Опираясь на его плечи, я «в порыве страсти» запрыгнула на Брэдфорда, обхватывая ногами его торс, а блондин с готовностью поддержал меня одной рукой, чтобы я не упала. Продолжая неистово впиваться друг в друга, мы, кажется, перестали замечать пристальных заинтересованных взглядов со стороны. Я точно знала, как наша пара завораживала окружающих своей страстью. Наш влажный глубокий поцелуй терял всякий налет приличия, стоило вспомнить, что в фильме на мне не оставалось футболки. Дерек сделал шаг, затем еще один по направлению к стене, чтобы разыскать опору для продолжения эти крепких объятий.

— Эй! Ребята, вы уже вышли из кадра, — окликнул нас Харрингтон.

Пошел он.

Уверена, у Дерека в голове вертелась точно такая же фраза.

Брэдфорд не останавливался. Я зажмурилась.

Мене одолевали смешанные чувства. Боль и радость. Оттого что мы снова целуемся, оттого что в сознании вновь зарождается иллюзия, что мы обязаны быть вместе. Оттого что не были. Оттого что сейчас, с секунды на секунду, это все закончится.

Дерек оторвался от моих губ, в тот же момент способность здраво мыслить начала постепенно возвращаться ко мне. Еще бы не его потемневшие от возбуждения глаза…

— Немного увлекся, — с улыбкой шепнул блондин мне на ухо. Знает, что нас отсюда никто не слышит, да и не видит — разве что его спину. Ноги я поспешно расцепила, опустилась на пол, хотя Дерек никуда не торопился.

— Нас ждут, — напомнила тихонько, по-прежнему млея от нашей близости. Если бы блондин не прижимал меня к стене, точно бы растеклась.

— Я ждал этого дольше. Ты меня с ума сводишь.

Слова обжигали сильнее огня. Внутри все с ног на голову переворачивалось.

Черт, почему нельзя просто отключить мозг, и утонуть в этом человеке?

«Потому что потом будет больно», — напомнила себе, хотя не думаю, что до сих пор верила в это.

Вложив свою ладонь в руку Брэдфорда, я позвала:

— Пойдем.

Я подумаю о нас. Позже. В тысячный раз с того вечера, как Дерек сказал, что хочет видеть меня своей девушкой.

Мы вернулись на свои места.

Дерек, усевшись на свой стул, задумчиво проводил большим пальцем по своим губам, и я с трудом могла отвести от его руки взгляд.

— Вау, это было горячо, — признался журналист, поправляя на себе очки. — Огонь. Теперь я с еще большим нетерпением буду ждать выхода фильма. Честно, не представляю, как это — работать в таком… тесном коллективе, — Говард заелозил на своем стуле. Все-таки журналисту не терпелось перевести беседу на тему нашей личной жизни. И его фраза заставила всех присутствующих почувствовать себя не в своей тарелке.