Гарри понял далеко не все из того монолога профессора Флитвика, но запомнил на будущее, где-то внутри чувствуя, что маленький человечек сказал ему кое-что очень и очень важное.

Тем временем наступил тот день, которого мальчик ждал с огромным предвкушением последний месяц. Первого сентября профессора с самого утра суетились и наводили вокруг последний марафет, готовя школу и самих себя к приезду как новых, так и старых учеников, которые в одиннадцать утра сядут на Хогвартс-экспресс и отправятся в долгий путь навстречу знанииям. Гарри провел этот день с Хагридом, помогая ему носить продукты для торжественного ужина на кухню, после чего вымылся и, одевшись в ученическую форму, поздним вечером прошел в Большой зал, заняв место в уголке возле двери, из которой скоро выйдут первокурсники, чтобы пройти процедуру Распределения и на долгие семь лет влиться в большую и дружную семью под названием "Хогвартс".

Вот, когда все преподаватели заняли свои места за столом, строгая профессор МакГонагалл ушла встречать первокурсников, а шумная толпа студентов второго и последующих годов начала входить в зал, занимая привычные места за столами факультетов, Гарри почувствовал странное волнение. Он будто знал, что через несколько минут его жизнь изменится навсегда. Он найдет друзей, станет настоящим волшебником и все у него будет хорошо. Но, как и всегда бывает с людьми в такие моменты, мальчик все равно беспокоился.

Но вот небольшая дверь открылась, выпуская профессора трансфигурации, следом за которой неуверенно выходили дрожащие от волнения и страха дети, которые чувствовали то же самое, что и огромный великан в двух шагах от них, который переминался с ноги на ногу и осматривался по сторонам, периодически зависая взглядом в потолке.

– Сейчас я буду вызывать вас по-одному, а вы будете проходить к преподавательскому столу, где и пройдете распределение.
– строго сказала профессор МакГонагалл, оставляя детей и уходя к большому столу, за которым сидело много взрослых людей.

Подойдя к табурету с тремя ногами, профессор получила от мистера Филча грязную остроконечную шляпу, поставила ее на табурет и достала откуда-то пергаментный свиток. Шляпа неожиданно зашевелилась, прокашлялась, кажется даже тихонько выругнувшись не самыми достойными выражениями, после чего запела хриплым баритоном, периодически используя расщепление, словно рок-звезда набирающего моду гранжа:

Может быть, я некрасива на вид,

Но строго меня не судите.

Ведь шляпы умнее меня не найти,

Что вы там ни говорите.

Шапки, цилиндры и котелки

Красивей меня, спору нет.

Но будь они умнее меня,

Я бы съела себя на обед.

Все помыслы ваши я вижу насквозь,

Не скрыть от меня ничего.

Наденьте меня, и я вам сообщу,

С кем учиться вам суждено.

Быть может, вас ждет Гриффиндор,

Славный тем, что учатся там храбрецы.

Сердца их отваги и силы полны,

К тому ж благородны они.

А может быть, Пуффендуй ваша судьба,

Там, где никто не боится труда,

Где преданны все, и верны,

И терпенья с упорством полны.

А если с мозгами в порядке у вас,

Вас к знаниям тянет давно,

Есть юмор и силы гранит грызть наук,

То путь ваш - за стол Когтевран.

Быть может, что в Слизерине вам суждено

Найти своих лучших друзей.

Там хитрецы к своей цели идут,

Никаких не стесняясь путей.

Не бойтесь меня, надевайте смелей,

И вашу судьбу предскажу я верней,

Чем сделает это другой.

В надежные руки попали вы,

Пусть и безрука я, увы,

Но я горжусь собой.

Закончив петь, шляпа начала оглядывать зал, периодически вскидывая то одну бровь, то другую. Профессор МакГонагалл развернула свиток и громко объявила:

– Аббот, Ханна!..

==========

Глава 7 "Первое сентября" ==========