Косой переулок получил свое название не по причине массового косоглазия здешних жителей, а потому, что был натурально косым. Дома, дорога, вывески, да и вообще все вокруг создавало впечатление, что тот кто это создал, сначала напился до полного окосения. Здания были непропорциональны, местами кривыми, напоминая не то творения безумного архитектора-авангардиста, не то полотна Пикассо. Правда, прохожие и некоторые товары на прилавках вызывали ассоциации скорее с сюрреализмом Дали, но Гарри был далек от искусствоведения и просто поражался тому, насколько все вокруг было необычным и буквально пропитанным тем самым духом сказки. Тут сновали туда-сюда, мерно вышагивали, бегали и плелись люди в самых безумных одеяниях, разбавляя основную массу, одетую в мантии-балахоны разнообразных расцветок. В лавках и магазинах торговали метлами для полетов, лягушачьей икрой, печенью дракона, почтовыми совами, самоходными саквояжами с мохнатыми ногами, похожими на кошачьи, странными приборами, котлами и прочими вещами, которых не достать ни в Лондоне, ни в Нью-Йорке, ни, тем паче, в Литтл-Уиннинге. Все это приводило мальчика в восторг одним своим видом, заставляя вертеть головой по сторонам в попытке увидеть все, что только получится.

– Мистер Поттер, когда вы последний раз принимали ванну?
– неожиданно выдернул из прострации парня профессор Снейп.

– Не помню, сэр. Но неделю назад меня облили из шланга, вместе со слоном.

– Кошмар. Просто отвратительно. Идемте за мной. Вас определенно стоит сначала привести в человеческий вид, а то от вас несет дерьмом за милю. Нас просто не пустят на порог Гринготтса.
– Снейп махнул рукой, направившись прямо в толпу прохожих, особо не церемонясь с попадавшимися ему на пути людьми.

Гарри едва поспевал за развевающейся, словно черный плащ, мантией угрюмого зельевара, попутно стараясь никого не раздавить, что было не так сложно, учитывая, что он был примерно вдвое выше большинства людей.

Спустя несколько минут, они остановились возле небольшого здания, на котором красовалась яркая вывеска на французском в форме незнакомого Гарри цветка. Снейп буквально втолкнул Поттера в дверь, после чего направился прямиком к весьма симпатичной и ухоженной девушке лет восемнадцати.

– Добрый день, Северус. Тебе как обычно: массаж, ароматическая ванна, маникюр, педикюр и защитная укладка?
– эффектная блондинка игриво улыбнулась мужчине.

– Здравствуйте, Эммануэль. К великому сожалению, вынужден отказаться.
– Снейп сделал картинно-печальное лицо, - Однако, у меня для вас есть особый клиент.
– он указал на смущенного Гарри, - Мистера Поттера необходимо срочно привести в нормальный человеческий вид.

– Фи, Северус! Где ты его откопал? Не думала, что ты водишь дружбу с великанами.

– Это по работе, Эммануэль. Счет оплатит мистер Дамблдор.
– фыркнул Снейп.

– У месье Дамблдора странные друзья. Но для нас нет ничего невозможного. Боже мой, как же от него несет!
– блондинка уже подошла к Гарри, придирчиво оглядывая фронт работ, - Северус, тут нужно много времени. Уверен, что не хочешь пройти хотя бы часть процедур, мон шер?

– К сожалению, да. У меня есть еще кое-какие дела в переулке. Когда мне его забрать?

– Часика через три, не раньше.
– задумчиво ответила Эммануэль.

– Хорошо, мон флер, через три часа я буду здесь.

***

Вернувшийся Снейп узнал Гарри только по росту. Перед ним стоял совершенно другой... человек? великан? Неважно. Гораздо важнее для зельевара стали только сейчас замеченные те самые зеленые глаза, что видятся ему во снах каждую ночь уже полтора десятка лет и шрам на лбу в форме молнии.

Сам же Гарри был абсолютно обнажен и, красный как вареный лобстер, стоял возле Эммануэль, прикрывая причинное место огроменными руками. Стоило также признать, что девушки из "Флер де боте" совершили невозможное. Поттер был чисто вымыт, надушен каким-то одеколоном, гладко выбрит и коротко подстрижен на офицерский манер. Теперь Северус разглядывал мальчишку даже с некоторой толикой зависти - в детстве он мечтал о красивом рельефном теле, как у маггловской кинозвезды фильмов про Тарзана и Геркулеса, однако бугрящееся мышцами тело сына школьной подруги представляло собой нечто совсем уж невероятное.

– Красавчик, правда?
– шепнула Снейпу на ухо Эммануэль, - Где ты откопал такого гиганта? Он ведь такой большой везде! Заходите в воскресенье - и наши девочки сделают вам за счет заведения особый "массаж".

Вы видели когда-нибудь Северуса Снейпа, краснеющего от стыда? Собственно, до сего момента, никто кроме Гарри Поттера и Эммануэль Шерон не мог похвастать подобным достижением. Впрочем, Гарри данный факт был неизвестен и неинтересен, поскольку в данный момент он находился в куда более смущающем положении.

– Эм... кхм... Я... мы.. кхм.. подумаем... Поттер! Встаньте смирно, я наколдую вам одежду.
– напрягая все свои недюжинные способности в окклюменции, взял себя в руки Снейп, решив перейти к делу.

– Н-но...

– Живо!
– рявкнул Северус.

От такого Гарри мигом вытянулся по струнке, хотя даже и не представлял, что так может. Профессор зельеварения же смог воочию убедиться в словах этой... Эммануэль, краем сознания ощутить комплекс неполноценности, но тут же сосредоточиться, выполняя серию невербальных формул трансфигурации, превращая бумаги из мусорной корзины в минимальный набор одежды приличного мага, что появлялся по волшебству уже надетым на малолетнего гиганта.