Конечно же, парни, часто бывающие в доме подруги и не раз и не два оказывающиеся зрителями концерта одного из представителей семейства кошачьих, знали об этой особенности Лаки, но что только не сделаешь ради засевшей в голове дури? Ребята решили, что смогут вытерпеть кошачьи вопли — если они прошли через салон красоты, магазин и ужин с большим количеством столовых приборов, то теперь им точно ничего не страшно.

Первым не выдержал Рэдфокс, на долю которого выпадало присутствовать при большей части художественной самодеятельности. Обладающий кроме нервов и некоторым музыкальным слухом, во время очередного концерта Гажил, ставший по совместительству подставкой для воющего кота, попытался прекратить сие издевательство. В итоге Люси вынуждена была отложить скрипку и броситься оказывать панку медицинскую помощь — Лаки крайне негативно отнёсся к попытке прервать его исполнение, располосовав Рэдфоксу руку.

— Я надеюсь, — кривясь и постанывая, выдал пострадавший, пока Хартфилия обрабатывала ему царапины, — твой будущий парень не будет таким уж любителем классической музыки. В конце концов, сходите на концерт, если так уж приспичит.

На этом музыкальная карьера Люси закончилась. Правда, возвращать Фриду скрипку она не торопилась — Лаки, полюбивший инструмент, сам иногда аккомпанировал себе, проводя когтистой лапой по струнам. Надо ли говорить, что происходило это обычно в те моменты, когда кто-то из ребят переступал порог квартиры подруги?

***

Флористика на первый взгляд казалась совершенно безобидным занятием. Действительно, какого подвоха можно ожидать от цветов? Стоят себе в вазе, никого не трогают, приятно пахнут. Последнее особенно нравилось молодым людям, без устали нахваливающим изысканный вкус подруги, когда они любовались букетами, в последнее время появившимися в квартире Люси — якобы для тренировки нового умения. И с не меньшей радостью приняли преподнесённые ею же растительные презенты.

— Это вам, — сказала девушка, лично вручая каждому по непрозрачному пакету. — Там цветок, который подчеркнёт мужественность и терпение его обладателя. Вы же как раз такие у меня и есть, — Люси трепетно похлопала ресничками: она заметила, что это действует на парней не хуже пошлых анекдотов на девственниц — они начинали смущённо хмыкать, застенчиво, как девицы на выданье, отводить глаза и расплываться в совершенно идиотских улыбках. — Только открывайте дома. Это сюрприз, — после чего торопливо выпроводила ребят из дома.

Через час в её дверь позвонили. На пороге стоял Драгнил.

— Ты почему так долго? — недовольно пробурчала Хартфилия. — Я уже два раза чайник подогревала.

— Хотел убедиться, что остальные ушли и сегодня уже не вернутся, — Нацу, протопав на кухню, занял своё любимое место у окна.

— Как тебе, кстати, мой подарок? — спросила Люси, ставя на стол перед ним чашку с чаем и придвигая ближе тарелку с разными вкусностями.

— Ну, я… это… — замялся Драгнил. — Не открывал, короче.

— А вот и зря, — девушка, сделав глоток, развернула шоколадную конфету, по привычке скрутив и бросив фантик уже поджидавшему игрушку Лаки. — У тебя там, в отличие от всей остальной честной компании, настоящий и вполне безопасный кактус. Рядом с компом поставишь, излучение ловить.

— Я даже спрашивать боюсь, что ты вручила остальным, — покачал головой Нацу.

— Стапелию, — тут же просветила его подруга. — Многолетний, неприхотливый, зимой вообще можно не поливать. И цветёт интересно, красиво.

— А в чём подвох? — насторожился парень.

— Воняют сильно. Как-будто что-то сдохло. Очень большое.

Драгнил благополучно подавился чаем. Когда он откашлялся и смог, наконец, говорить, первой его реакцией было:

— Фу-у-ух! Не хотел бы я оказаться на их месте… Долго ты их ещё мучить будешь?

— Пока не поумнеют, — хмыкнула Хартфилия. — Да, спасибо за бабушкин сервиз.

— Не за что, — отмахнулся добровольный помощник. — Кстати, всё хотел спросить — как ты в этих ложках-вилках не путаешься? Я уже и забыл половину.

— Помотался бы с моё по различным приёмам, даже ночью бы разбудили — назвал.

Нацу только сочувственно скривился, утягивая с тарелки конфету.

Родители Люси были переводчиками, причём, достаточно востребованными и обеспеченными. Много мотались по заграницам, умудрившись в короткий прилёт на родину состряпать единственную дочку, которую потом то беззастенчиво подкидывали немногочисленным родственникам и гораздо более часто появляющимся в жизни девочки няням (с определённого времени в роли нянь стали выступать Нацу и Локи, жившие тогда рядом и много раз доказавшие, что могут позаботиться о подруге), то таскали по этим самым заграницам, попутно обучая языкам и этикету.

На окончание школы и в честь самостоятельного, без протекции родителей, поступления в университет Люси получила от них в подарок двухкомнатную квартиру, по стечению обстоятельств именно в том доме, куда ранее в оставленное любимой бабулей наследство перебрался Драгнил. Друзья снова жили рядом, буквально на одной площадке. Это позволяло не только чаще видеться, но и устраивать совместные пакости неким надоедливым личностям.

Например, организовать тот знаменательный ужин. Люси взяла на себя готовку и сервировку, Нацу же только обеспечил подругу посудой, выдав ей в аренду дорогущий сервиз, доставшийся ему от бабушки, которая, будучи потомком каких-то дворян, весьма этим гордилась и была уверена, что внук должен знать этикет от и до. А вдруг понадобится? Драгнил бабулю любил, расстраивать её жуть как не хотел и усердно зубрил основы хорошего тона. Но как и любые знания, не получающие подкрепления практикой, эти тоже вскоре в большинстве своём покинули розововолосую голову пра-пра-пра…внука древних князей. Впрочем, сам потомок от этой потери не страдал, заполнив образовавшееся пустое место более нужной с его точки зрения информацией.