До «Аполлона» было около пяти километров. Я шла медленно, держась в тени и останавливаясь каждые несколько кварталов, пропуская проезжающие мимо машины или обходя прожекторы, которые использовались для поиска членов Ревейона, все еще находящихся на свободе, или Восприимчивой, которая показала свою магию.

Когда добралась до станции, я пятнадцать минут подождала за забором пустого дома по соседству, полагая, что кто-нибудь, кто мог меня отследить, как-нибудь выдаст себя. Но тишина была нарушена только стрёкотом сверчков и шелестом пальмовых листьев.

Я подошла к двери, открыла магией замок и вошла внутрь, заперев за собой дверь.

Я стояла в тишине минут пять-десять, уверенная, что Лиам выйдет из темноты и найдет меня, что мы успокоим друг друга, что он понял, что мы, наконец, можем быть вместе.

Что теперь мы оба были монстрами.

Но здание было однозначно и совершенно пустым. Я не чувствовала себя так, как будто вернулась домой. Не сейчас.

Я бросила свою сумку на пол и так и оставила ее лежащей на бетонном полу. Я плакала до тех пор, пока не разболелась грудная клетка, а глаза не воспалились. Я плакала по душам тех, кого мы потеряли в этот день, по людям, которые искали спасения в ненависти и насилии, и кто заплатил высокую цену за свой выбор.

Я плакала, пока не истощилась от слёз и эмоций. А затем вытерла лицо, убирая волосы с лица, и глубоко вдохнула.

Не было смысла в том, чтобы тратить энергию на сожаления.

Лиам появится. Он должен.

Я подняла голову и осмотрела помещение и предметы, которые его заполняли. Здесь было так много магии, столько возможностей. И в этом столько иронии, — подумала я, — что Сдерживающие не только не сумели схватить меня, но еще и дали мне уйти в самое большое хранилище магии в Новом Орлеане, а может быть, даже в Зоне.

Я подошла к ближайшему столу, взяв книгу обрядов вуду и худу.

Я могла бы рассортировать эти вещи. Могла бы их каталогизировать. И могла бы научиться их использовать.

Мне просто нужен был план.

Продолжение следует…