— Тэд, — предложила я. — Или Чип. Он может быть Чипом.

— У тебя было что-то неприятное, связанное с Тэдом, — сказал Лиам, прислонившись к прилавку, в его глазах читалась усмешка. — Я знал Тэда в старшей школе. Полный кретин.

— Тэд — культовый лидер, — произнес Гуннар. — Посмотрим, подтвердится ли это. Во всяком случае, возможно, Иезекииль использует собственные деньги.

— Снаружи Зоны, — сказала я. — У него не было акцента.

Гуннар прищурился.

— Ты права. Я этого не заметил.

Он сделал заметку в своей маленькой вездесущей записной книжке.

— Мы поговорили с Мозесом об этой теории разрушения мира магией, — сказал Лиам.

— Что он сказал?

— В основном, что это фигня. Магия просочилась сквозь Завесу, когда та была открыта, и магическое оружие пропитало почву в некоторых районах. Продолжающееся воздействие Пара незначительно по сравнению с этим. Какими бы ни были магические эффекты, они не будут устранены путем убийства Пара. Но они могут быть исправлены с помощью большей магии.

— А этого не произойдет, пока Конгресс не захочет заручиться поддержкой Пара, — сказал Гуннар. — Так что не стоит рассчитывать на это в ближайшее время, поскольку это потребует, помимо прочего, признать разницу между Консульством и Двором.

Дверь снова открылась. Пришло несколько агентов, включая Бёрка. Он встал рядом с Таджи, почти затмевая ее стройную фигуру своими широкими плечами. Высокий, с темной кожей и темными глазами и постоянной улыбкой на лице, он направил эту улыбку Таджи.

— Таджи.

— Бёрк.

Это однозначно прозвучало очень горячо. Мне нужно было выкроить время с Таджи и досконально ее расспросить. Любопытство всегда было почетной традицией Нового Орлеана.

— Привет, Бёрк, — сказал Гуннар, в то время как Бёрк осматривал магазин.

— Здесь все по-другому. Мне нравится.

— Спасибо, — произнесла Таджи, улыбнувшись. — Клэр все еще привыкает.

— Перемены не всегда проходят легко, — сказал Бёрк.

— Есть хорошие новости? — спросил Лиам.

Бёрк оглянулся, убеждаясь, что другие агенты были вне пределов слышимости.

— У наших друзей новый дом и они хотели бы собраться и скоординировать дальнейшие действия.

«Наши друзья» означали Дельту. Они были преданы обманывавшей их Паранормальной, которая хотела снова открыть Завесу, поэтому новый штаб стал необходимостью. Эта Пара, Никс, также предала младшего брата Лиама, Гэвина. Он покинул Новый Орлеан сразу после какой-то секретной миссии.

Бёрк поднял связку ключей.

— Кто хочет прокатиться?

Лиам кивнул.

— Я «за», — ответил он и посмотрел на меня. — А ты?

Я взглянула на Таджи.

— Ты можешь поторговать, пока мы все обсуждаем?

— Может быть, — ответила она, прищурив глаза. — Если я получу полную информацию о практике.

— Нечего рассказывать, — заверила я их. И ущипнула ее за руку, направляясь к двери.

* * *

У Бёрка был джип, военная модель без дверей и без верха. Было жарко и влажно, так что свежий ветерок был тем, что надо. Я заплела волосы на выезде из Квартала, чтобы они не разлетались, и устроилась на скамейке сзади после того, как Лиам занял переднее сиденье.

Мы осматривали Сент-Чарльз, который был разделен пополам нейтральной землей, где когда-то ездили трамваи. Мы проехали через Садовый Район, где дома богачей были расположены словно коробки вдоль улицы. Большинство из них были брошены. Несколько, как дом родителей Гуннара, были спасены от разрушения. Его большая семья все еще жила там, дожидаясь момента, когда… Ну, я не была уверена, чего они ждут. Возможно, как и Ревейон, они ждали чего-то другого, чего-то, что, как они надеялись, должно было неизбежно произойти.

— Смотрите, — произнес Бёрк, замедлив ход.

Знак, ранее рекламирующий чей-то бизнес — меньше, чем рекламный щит, который мы видели на Клэйборне — теперь гласил: «СМЕРТЬ ПАРАНОРМАЛЬНЫМ».

— Ненависть распространятся, — сказал Берк.

— Как вирус, — согласилась я. Но на знаке не было никаких упоминаний о Ревейоне, Иезекииле или о чем-либо еще. — Как вы думаете, каким способом они вербуют?

— Из уст в уста, — ответил Бёрк. — Вы помогаете кому-то рубить дрова, вы оба говорите о том, как вы злитесь, что пытаетесь выжить на плохой земле. Появляется старьевщик, продающий и покупающий всякий мусор, и вы разговариваетесь с ним. Он слышал о встрече единомышленников в ближайшем приходе, и вы решаетесь пойти.