До встречи оставалось менее часа, так что я решила попытать удачу, а заодно и Колеуса. Да, классовое задание ещё не завершено, но может же он ответить на несколько вопросов?

В шатре снова звучала партия виолончели, а Солома сидел на прежнем месте, будто и не сходил с него всё это время. Этой теории, впрочем, противоречил его четвёртый уровень. Желающих податься в Барды не наблюдалось — то ли игроки тушевались позориться рядом с виртуозом, то ли просто на данный момент все желающие опробовали профессию и теперь пытали других учителей.

— Я смотрю, ты всё ещё не выполнила моё задание, хотя и продвинулась в нужном направлении, — заметил Колеус, едва я присела рядом с ним на одной из лавок.

— Не сильна я во внушении любви, — притворно вздохнула я. — Да и толку её внушать, если мне она без надобности?

— Да, — поддакнул зловредный бард, — очевидно, что в уныние ты вгоняешь куда успешней.

— С кем не бывает? — философски ответила я. — Не всем же быть героями-любовниками и покорять сердца. Может, я мечтаю стать варваршей с громадной дубиной, чтобы лихо барабанить по пустым головам противника, внушая страх и ужас?

Колеус тихо рассмеялся и склонил голову в жесте согласия.

— Твоя правда, каждый Бард ищет свой собственный путь. Музыка всесильна, способна вселять и радость, и отвращение, разжигать любовь и ненависть, одухотворять и лишать сил. И только от тебя зависит то, что будет нести твоя музыка. Я рад, что ты это поняла.

Пока я удивлённо таращилась на возникшее системное сообщение и пыталась понять, каким образом выполнила задание и что за характеристика такая интересная, Колеус вытащил несколько свитков и разложил перед собой:

— Я обещал тебе один из своих песенников. Выбирай, какой тебе больше по душе.

На первый взгляд выбор очевиден: текущие бои слишком скоротечны, чтобы ослабление противника сыграло сколько-то значимую роль, а наши характеристики слишком малы, чтобы усиление на 1 % дало ощутимую пользу. Снятие негативного эффекта выглядит куда как полезней, но… В долгосрочной перспективе усиление целого рейда куда полезней, а ослабление рейдового босса даже на 1 % дело полезное. Хотя… Что мне до долгосрочных перспектив?

Но спешить я всё же не стала.

— Для начала объясни мне, как я вообще буду учиться новым навыкам и заклинаниям? Что-то я могу позаимствовать у других классов, чему-то, как я вижу, я обучусь из песенников. Но ведь это явно не всё.

— Ты права и не права одновременно. Вдумайся, что составляет саму суть Барда.

— Музыка, — ответ выскочил будто сам собой, но, немного подумав, я вынуждена была его немного расширить. — Творчество. Искусство.

— Да, именно так. Для тебя это музыка, для кого-то другого — танец, для третьего — декламация, а четвёртый, быть может, создаст своё собственное, уникальное направление. Но суть одна — наша жизнь — творчество. Барды — существа, живущие эмоциями, выражающие их вовне. Всю свою жизнь мы посвящаем поиску вдохновения. Кто-то ищет новизну, кто-то, наоборот, неизведанную глубину в давно знакомом, кто-то заглядывает в других, кто-то не выходит за пределы себя. Но все мы самостоятельно открываем в себе то, что поможет в пути. До тех пор, пока ты не научишься этому — тебе остаются лишь обучаться на чужих песенниках и изучать умения других классов.

— Значит, если я сумею найти свой путь, то буду обучать саму себя?

— Не совсем. Ты просто откроешь то, что в тебе уже заложено. И лишь от тебя зависит, какие именно грани таланта ты раскроешь и отшлифуешь.

Слова Колеуса были странными. Если я не буду обучаться умениям и заклинаниям напрямую, то не смогу даже приблизительно определить направление развития своего персонажа. А с другой стороны… Оно мне надо? Я пришла в Барлиону за игровыми свершениями или в поисках того самого вдохновения? Раз так — стоит просто идти, куда ведёт игровая судьба, и держать глаза широко открытыми.