– Видал, сколько сюда нагнали!
– обратился Вадим к другу, стараясь растормошить того разговором.
– Может учения какие? А то и целые маневры. А вдруг и нам перепадет в войнушку поиграть, как думаешь? Ты бы хотел?

Взгляд Валентина сфокусировался в зрачках Вадима:

– На войну - да. А в войнушку? В гробу я видел их учения-маневры! Многому нас научили за полгода?! "Вспышка с фронта" да "вспышка с тыла". Одна боевая граната да девять патронов, попал-не попал, в карантине - вот и вся твоя военная подготовка. А в остальном - бессмысленная муштра, чтобы сделать из тебя бессловесную скотинку. Вот войну бы.
– Обиход как будто споткнулся.
– Всех бы там уравняло: и "молодых", и "дедов", и солдат и офицерье.

К концу тирады голос Валентина перешел почти на шепот, и взгляд поник, тускнея.

– Тебя бы на войне первой пулей укокошило, - осклабившись, вмешался в разговор небритый связист с оторванной петлицей на обтрепанной шинели.

– А себе ты сколько отмерил на войне?
– нервно спросил Вадим. Злая досада за друга мутью окутывала мозг, раздражая.

Связист, уловив неприязнь, посмотрел брезгливо на Вадима, плюнул под ноги, но ничего не ответил.

Слегка качнуло от торможения и грузовик замер. Все повернули головы в незакрытый брезентом проем заднего борта. За тронувшимся грузовиком опустился полосатый шлагбаум, соединив два конца колючей проволоки, опоясывающей палаточный городок пересыльного пункта. Опустился и отделил безвозвратно очередной этап неудавшейся армейской службы. Так подумал Вадим, ощетиниваясь на надвигающиеся отовсюду неопределенности-опасности. Так подумал и Валентин Обиход, воспринимая смертельную безнадегу, как фатальную неизбежность.

Глава 2

РЕКВИЕМ ПО МЕЧТЕ Легкий морозец прихватил опостылевшую грязь, и Вадим два раза упал, поскользнувшись, пока дотащил два набитые продуктами термосы до офицерского КУНГа.

Начальник столовой "выставлялся" за 50-летие, и кутежь был в самом разгаре. Дежурный кухонного наряда получил команду подбросить "закусона". Сержант Круглик выругался сквозь зубы: "Задолбали. Пьянь!" и крикнул подвернувшемуся бойцу:

– Эй, Бут! Брось все, возьми два термосы и за мной на склад!

Вадим швырнул поднос с грязной посудой обратно на стол. Как все достало! Звук звякнувших стальных тарелок утонул в густом гуле публичного места, где одновременно могли принимать пищу две роты солдат. За неделю, что они с Обиходом здесь, это уже третий наряд. Их группу, прибывшую с Германии, растасовали уже на второй день, а рядовых Бута и Обихода прикомандировали к хозроте. "Покуда за вами не приедут с Пянджа", - сказал на прощанье сопровождавший их майор и облегченно вздохнул, сбросив обузу с плеч.

Командир хозяйственной роты - старший лейтенант из запаса, окинул взглядом помятых, каких-то затасканных двух бойцов и спросил деловито:

– Какие армейские специальности?

– Музыкант. Служил в музвзводе, - как-то безразлично ответил первым Обиход.

– Водитель БТР, - с какой-то надеждой в голосе доложил Бут, - прошел 300-километровый марш. Третий класс, имею запись в военном билете.

– А чем заслужили ваш перевоз сюда - почти за 10 тысяч километров?

Молчали оба, потупившись. Что они могли ответить? По здоровью? Не знали, что записано в личных делах, а какой смысл был что-то выдумывать.

– Понятно. "Отказники". Ну, у меня не курорт. Завтра - в кухонный наряд, пока там с вами не определятся. Идите с вещами в десятую палатку, там доложите сержанту Круглику, ясно?

И вот уже неделю - через день в наряд и никакого просвета, и никакой информации, почему за ними не едут с погранотряда. Почему?! Зато у всех на слуху информация, в которую трудно поверить: армия со дня на день двинет "за речку" - в Афганистан, а то, может, и дальше - в Иран. Неужели хозяйственная рота пересыльного пункта - их крест, который суждено тащить полтора года?! Они даже не написали письма домой до сих пор, не имея стабильного почтового адреса для ответа!

В этот период вселенского бардака - формирования 40-й армии из резервистов и "отбросов", когда десятки тысяч личных дел тасовались как карточная колода, кому какое дело было до двух пограничников, почему-то прибывших из Германии в Среднеазиатский военный округ, где их никто не ждал. В этом гигантском водовороте документов личные дела рядовых Бута и Обихода забило в тину канцелярии пересыльного пункта, а в Пянджском погранотряде хватало своих раздолбаев.

– Товарищ майор, меня прислали с кухни, - обратился Вадим к офицеру, дымившему сигаретой на свежем воздухе возле КУНГа.