Валиант поспешил — осторожно, чтобы не пролить ни капли — выпить кровь Харриссона, собравшуюся у себя в ладони. Он чувствовал себя странником в пустыне, набредшим на долгожданный оазис. Так почти обезумевший от жажды путник осторожно зачерпывает воду ладонью и пьет осторожно, чтобы не пролить ни капли воды, которая может оказаться пустынным миражом, сотканным из света и песка.

Но рубиновая кровь не была миражом.

Валиант моментально ощутил, как по его организму разливаются силы. Рана на животе вновь отозвалась болью, но на этот раз это была боль, влекущая за собой восстановление. Скоро ткани начнут сращиваться.

Еще! — требовательно воскликнул внутренний голос, и Валианту с трудом удалось не повторить за ним вслух. Вместо того он осторожно собрал с ближайшей ветки пригоршню снега и отер им руки и лицо.

— Спасибо тебе, — серьезно сказал он. — А теперь идем.

Дорога до особняка заняла немного времени. Теперь, когда не требовалось прятаться от наемников и петлять между деревьями, Валиант и Джеймс, соблюдая осторожность, сумели выбрать наименее усеянную препятствиями дорогу и придерживаться ее. Вопреки их мрачным ожиданиям, ни Талос, ни Дюмейн не дали о себе знать. Предлагать перенести Джеймса в особняк Валиант не стал — слишком много сил у него и без того отняла последняя схватка с наемниками, да и Харриссон вряд ли бы согласился на такой вид передвижения. Только, вероятно, в случае потери сознания, коей пока не предвиделось.

Вскоре особняк уже замаячил впереди, и Валиант, как ни странно, сумел ускорить шаг, с удивлением обнаружив, что Джеймс вполне в состоянии за ним поспеть.

Я выполнил свое обещание, — думал он. — Интересно, смогу ли я выполнить другое? Ривер просила меня не исчезать, но… надо думать, мне стоит так поступить. Как минимум, нужно разобраться с Талосом и Дюмейном. У нас с ними давние личные счеты, которые пора свести.

Перед тем, как войти в холл особняка, Валиант замер.

— Должен предупредить: в холле была настоящая бойня, — мрачно заметил он. Джеймс изогнул бровь, и Валиант неловко передернул плечами. — Просто чтобы ты знал, и это не вызвало у тебя шок.

Харриссон прекрасно знал, о какой бойне пытается напомнить ему Декоре, и понимал, отчего он сомневается, что реакция его попутчика может быть спокойной. На то, чтобы злиться, совершенно не было сил, поэтому он почти безразлично кивнул и вошел в холл первым.

Там и вправду была бойня. Разрушенная мебель, залитые кровью стены и пол, множество отверстий от пуль, разбитое окно… и тела, застывшие в разных позах, окутанные металлическим смрадом недавней смерти. Харриссон сглотнул тяжелый подступивший к горлу ком и посмотрел на Валианта. Тот вдруг застыл, глаза его округлились от ужаса.

— Ривер… — шепнул он, и от этого имени по спине Харриссона пробежал холодок. Неладное он заподозрил сразу. В ту же секунду Декоре сорвался с места и вихрем взлетел по лестнице на второй этаж, бросившись к комнате, которую он забаррикадировал старинным деревянным комодом. Дверь оказалась открыта, комод был сдвинут в сторону.

— Ривер! — крикнул Джеймс и, собрав силы в кулак, постарался как можно быстрее подняться в комнату вслед за Декоре.

Нет, Господи, пожалуйста, только не это! Только не снова! — взмолился он про себя, и сердце его мучительно сжималось от тех картин, которые рисовало ему воображение. Он почти наверняка знал, что обнаружит девушку мертвой. Потому что он не успел.

Оказавшись перед раскрытой дверью в комнату, Джеймс, перебарывая собственный страх, бросил взгляд на пол и… не увидел тела Ривер. Декоре стоял посреди комнаты, держа в руках пистолет, который, похоже, только что поднял. Услышав шаги, возвестившие о приближении Джеймса, он повернулся, глаза его были распахнуты в страхе и растерянности.

— Где она?! — с жаром воскликнул Харриссон, как будто Декоре мог знать ответ.

— Здесь же никого не оставалось… — беспомощным полушепотом ответил он. — Никого. Я же убил их всех… — голос его постепенно нарастал, руки с силой сжимали пистолет, словно намеревались раздавить его. — Я УБИЛ ИХ ВСЕХ!

В бессильной злобе Валиант швырнул пистолет в зарешеченное окно, и комнату заполнил треск битого стекла и звон металлических решеток, о которые ударилось оружие. Валиант скривился от боли в недавней ране и придержал ее рукой.

— Черт… — прошипел он. — Я их всех убил…

Харриссон наблюдал за этим срывом молча. Когда Валиант упавшим голосом вновь произнес признание в массовом убийстве, он качнул головой и шагнул к нему, намереваясь положить руку на плечо вампира, но в последний момент передумал.

— Талос и Дюмейн, — холодно произнес он. — Они остались. Дюмейн отправился за мной, значит, Талос был здесь. Он скрылся от тебя где-то в особняке. Скажешь, это было невозможно?

Валиант почти беспомощно посмотрел на Харриссона и прикрыл глаза.

Как я мог так просчитаться? — невольно подумал он.

— Они не могли уйти далеко, — попытался приободрить Валианта Харриссон, хотя голос его предательски дрожал от волнения. — Мы должны найти их.

— Нет, — качнул головой Валиант, и в следующий миг глаза его загорелись синим светом. — Не мы. Я, — сказал он. — Оставайся здесь. И, пожалуйста, когда я верну ее тебе, будь живым.