Дворф снова пробежался взглядом по каждому из нас, словно стараясь проникнуть в наши мысли. Похоже, увиденное его вполне удовлетворило. Громко хмыкнув, он остановил глаза на мне:

– Я уже спрашивал, что ты можешь дать мне такого, чего я сам не добуду, едрить в дышло! Не один раз меня звали в кланы, едрить их! И не раз я отказывался.

– Тебя просто не звали в наш! – осклабившись, Рольф хлопнул дворфа по плечу. – Давай! Будет весело! У нас куча планов! Вот, например, вскоре собираемся на Раергорн идти!

Бедная Йоко вновь обреченно вздохнула. Длорин же, не обратив ни на нее, ни на воина внимания, пристально смотрел на меня.

– Ты готов отдать мне голлема, едрить его?

– Но ведь если ты и присоединишься к нам, то не ради голлема? – вопросом на вопрос ответил я. Дворф усмехнулся:

– Нет, едрить тебя! И все же?

– Отдам, – кивнул. – Но при условии, что жить он будет здесь, – подняв руку, обвел небрежным жестом окружающее пространство. – Добывать руду и охранять. Но обещаю, попрошу Някея поискать для тебя новых голлемов или их рецепты по своим каналам.

Длорин уставился себе под ноги и начал задумчиво почесывать бороду. Мы терпеливо ждали. Джон уже нервно переминался с ноги на ногу, когда дворф размял шею и изрек:

– Огласи правила твоего клана.

***

С формальностями было покончено уже через пять минут, и теперь Длорин принимал поздравления от одноклановцев. Кажется, дворф даже немного покраснел, то и дело повторяя: «Благодарю, едрить вас в дышло!».

– А где ты выбрал место для татуировки? – поинтересовалась Йоко.

Бородач широко улыбнулся и хихикнул:

– Что, малышка, хочешь Длорина без одежды увидеть? Я уже говорил тебе…

Волшебница вспыхнула и отвесила ему затрещину. Вона какая храбрая стала, после того как дворф поклялся никогда не причинять вред клану «Крылья Свободы» и всем его членам.

– Да на груди, едрить тебя, – обиженно отозвался Длорин, потирая покрасневшую щеку. Затем он повернул ко мне довольную рожу: – Ну-с, начальник, едрить тебя! Долго мы тут еще стоять будем? Монстры сами себя не поубивают!

– А зря… – задумчиво протянула Йоко.

Я подошел к дворфу поближе.

– Недолго. Только закончим начатое, – открыв окно обмена, я вновь внес в свободный слот голлема. Длорин засиял и нажал «Согласен», я сделал то же самое.

Передав мне факел, дворф несколько мгновений глядел в пустоту, затем в его руках появился здоровенный деревянный ящик. Поставив его на свободное место, Длорин прищурился и…

Механический скрежет резанул ухо. Ящик увеличивался в размерах. Крышка откинулась назад, и из темных недр показалась угловатая деревянная голова, выкрашенная в красный. Голова устремилась вверх. На ней, словно прыщи на подростковой коже, начали проявляться и расти металлические пластины, пока полностью не объединились в нечто, напоминающее кабуто. К этому моменту из ящика уже выбрался торс голлема. Дерево вновь покрывалось металлом, образуя красно-синие доспехи. В руках начали угадываться две кирки. Постепенно они обретали все более четкие формы. Вот и сам ящик принялся трансформироваться в продолговатую основу, из которой полезли громадные шестеренки, и…

– Обалдеть, – пробормотал Рольф, снизу вверх глядя на трехметровую махину. – Как он выходить отсюда будет?

– Да уж… – фыркнула Йоко. – Так себе Гандам… А гусеницы вместо ног обязательно? И что это у него на пузе? Запасные ручонки?

Пара крохотных шарнирных кистей на трубках-телескопах позабавила и меня. Было сложно сдержать смех, когда эта махина, будто желая проверить, все ли системы в норме, протянула их к нам. Удивительно, но эти вспомогательные ручонки обладали сразу двумя локтевыми суставами (если это определение вообще уместно в данном случае), что делало их довольно подвижными.

– Какой миленький… – растроганно пробормотал дворф, не сводя глаз с механического великана, замершего как каменный истукан.

Мы с ребятами переглянулись. Похоже, не только мне сложно разглядеть хоть капельку милости в этом здоровущем рудокопе.

– Я могу и имя ему дать, едрить его! – восторженно воскликнул Длорин. – Хм… Будешь у меня Пушок!

– Пушок?! – ошарашенно выпалила Йоко. – Вот это? – до безобразия перекосив свое симпатичное личико, она указала пальцем на голлема.

– А что не так, едрить тебя в дышло? – искренне изумился дворф. – Так звали горного бабуина моей младшей сестренки. Должен признать, они очень похожи, едрить их!

Японка тяжело вздохнула и уверенно зашагала дальше по тоннелю.

– Идемте уже скорее! – бросила она, не оборачиваясь. – Мы и так потеряли кучу времени!

Что верно, то верно! Кивком головы я велел выдвигаться и остальным. Любовно вздохнув и широко улыбнувшись, Длорин погладил голлема по левой гусенице.

– Идем, малыш! Тебя ждут великие подвиги, едрить их в дышло!