– - Могу я с вами прогуляться?
– - осторожно берет он за локоть Ирэн, -- Поверьте, скучать не придется.

– - Я не в настроении, -- шагает та, пытаясь высвободиться, -- И какие-то ваши забавы меня тем более не интересуют.

– - Но все же, позвольте, -- настаивает Дулебов, шагая рядом. Неожиданно девушка видит, как расступается перед кем-то толпа, и отчаянные маяки Зубатова.

– - Хам!
– - отталкивает она от себя убийцу и с ходу выдает ему пощечину, -- Да как вы смеете. Городовой!
– - глаза их встречаются. Видно, что Дулебов все понял.

До генерал-губернатора остается уже метров пять. Высокий и коренастый, он просто купается в любви пестрого потока уфимцев, горделиво неся на себе парадный мундир с орденами.

Дулебов колеблется какие-то доли секунды.

– - Полицейская сучка!
– - дергает он из-за пояса наган.

Генерал-губернатор замирает от развернувшейся перед ним картинки.

Поток жителей растекается, оставив посреди импровизированного круга Богдановича, Зубатова, скользящего к Дулебову, почти закрывшего для него сектор возможного выстрела, и замершую соляным столпом Ирэн.

Неожиданно мир валится в сторону, это Арина дает Ирэн подножку и валит на землю, закрывая собой.

– - Бах!
– - коротко хлопает наган, и служанка по-детски вздрагивает, а руки ее судорожно сжимаются.

Визг женских голосов.

– - Бах, ба-бах, трах, -- рвут пространство несколько выстрелов.

Общий человеческий вопль взлетает в небо.

Ирэн выворачивается из-под замершей в ступоре служанки и видит, как Зубатов держит мертвой хваткой Дулебова.

Наган убийцы валяется возле ног, а какой-то блеклый-неприметный мужчина тащил из-за пояса чуть ли не армейский кольт.

Не вставая с земли, Ирэн выхватывает из-под юбки дареный сыщиком браунинг.

Щелкает предохранитель.

Мужчина с кольтом неожиданно видит действия, казалось бы, поверженной девицы и ведет стволом в ее сторону.

– - Чанг!
– - отчаянно плюет браунинг пулю, -- Чанг, чанг!

Боевик, прикрывающий Дулебова, валится, не успевая выстрелить.

Через мгновение на ноги встает сыщик и замирает, не зная к кому броситься - Ирэн, склонилась над затухающей Ариной. Богданович лежит в окружении свиты пытаясь зажать рану на груди. Зубатов поднимется от Дулебова, спеленатого его же ремнем.

Конспиративная квартира.

В двери черного хода раздается тихий стук и звучит мужской голос

– - Сергей Васильевич, Ироида Семеновна... Это я, Алексей Семенович.

Сыщик идет к дверям.

– - Плохие новости, - продолжает голос, -- Не зажигайте света, - тревожно шепчет подчиненный Зубатова.

– - Что такое, Алексей Семенович, - удивленно отпирает черный ход Зубатов, - Что случилось-то?

– - Беда, - выдыхает тот, заходя в квартиру, - Есть секретное указание оттуда, - тычет он пальцем в потолок, - Задержать вас вместе с Ироидой Семеновной. Вы же в больницу сейчас собирались?

– - Ну да...
– растерянно отвечает Зубатов, - Рабочий комитет провели... Полицмейстеру отзвонился ...

– - Засада там, - уверенно сообщает сыщик, - Хорошо у меня на телеграммах свой человек...

– - Проиграли - присаживается Зубатов на краешек стула, - Модест Иванович теперь нам тоже не помощник.

– - Знать бы, - расстроено отвечает Алексей Семенович, - Хорошо хоть ТАК сложилось. Выбираться из города надо, пока не хватились.

– - А как Богданович?
– перебивает его Зубатов, - Состояние?

– - Живой, а вот служанка ваша, - замолкает он, качая головой, - в сознание пока не пришла...

– - Ну, хоть что-то сделали!
– твердо вышагивает сыщик, - Богданович жив, а это важно! Можно значит что-то предупредить? А, Ироида Семеновна?
– чуть не кричит он.

– - Теперь я точно домой не попаду...
– тихо отвечает Ирэн.

Зубатов сбавляет тон, подходит к окну и глядит в темноту,

– - Что делаем-то, Алексей Семенович?

– - Коляска у черного, - деловито отвечает тот, - Отвезет вас на станцию Подымалово - оттуда поедете. Я вот тоже никак в толк не возьму, Сергей Васильевич, - озадаченно говорит он, - Что за сила такая нам мешается?

– - Оставьте это у Арины в палате, - протягивает напоследок Ирэн помощнику Зубатова статуэтку в бальном платье.

Цокот копыт и бряцанье колес экипажа.

– - Дел мы с вами почти не сделали, - грустно рассматривает ночь Зубатов, - А улей-то расшевелили... Как теперь докапываться чей он, улей этот?

– - Вы же должны знать, кому полицмейстер сапоги хотел чистить - спрашивает девушка, - Ну, кто за всем этим?

– - Знать бы, - сердится сыщик, - Как там, в губернии вашей, - чуть закашливается он, - Бывает такое, что вся жизнь мимо правды и закона плывёт? Бывает?