Когда я вошла в столовую, мисс Остин уже пришла в себя и с жадностью пила воду из высокого хрустального стакана.

— Как вы? — поинтересовалась я.

— Всё в порядке, милая, просто возраст, — ответила женщина. — И этот дом, он несёт столько воспоминаний!

— Много времени проводили здесь?

— Да, очень много, мы с Домиником были здесь счастливы, — женщина попыталась улыбнуться, но то ли от волнения, то ли от излишнего лицемерия, вышел лишь кривой оскал. — Вы не позволите мне ненадолго зайти в его спальню?

— Конечно, мисс Остин, — милостиво разрешила я, теперь уже окончательно уверившись в верности своих подозрений.

Женщина вскочила со стула, словно это не она только что лежала без чувств, и почти выбежала из столовой. Мистер Уайлд изумлённо взглянул ей вслед, я же хитро улыбнулась, и поманив его за собой, тихо пошла за мисс Остин.

Она плотно прикрыла за собой дверь в спальню, лишая нас возможности что-либо увидеть. Однако, мистер Уайлд оказался на редкость догадливым

человеком. Он поманил меня чуть дальше по коридору, и остановившись, у одной из картин, немного сдвинул её, открывая нашему взгляду небольшое круглое отверстие в стене. В миниатюрный глазок было отлично видно как мисс Остин шарит под кроватью в поисках чего-то.

— Мистер Уайлд, нужно закрыть дверь спальни, — шёпотом попросила я. Теперь я точно должна задержать мисс Остин до появления патруля.

Дворецкий кивнул и поспешил за ключом, оставив меня одну. В это время мисс Остин встала с колен, обтряхнув подол бледно-розового платья. Я отстранилась, готовая броситься к двери и удерживать её до тех пор, пока мистер Уайлд не принесёт ключи, но женщина обошла кровать и снова присела на колени, уже с другой стороны.

Я с облегчением выдохнула, когда в коридоре послышались шаги, но прислушавшись, поняла, что мистер Уайлд идёт не один.

— Что у вас случилось, мисс Ломаш? — поинтересовался, шествующий перед дворецким мистер Уотсон.

Я лишь приложила палец к губам и жестом подозвала следователя к себе. Когда мы вместе посмотрели в отверстие в стене, мисс Остин уже поднялась с колен и настороженно смотрела на дверь.

— Вы заперли несчастную женщину в спальне покойного? — недоумённо поинтересовался мистер Уотсон, даже не думая сбавлять тон голоса.

Я поняла, что мисс Остин услышала его, молча подошла к двери и открыла её.

– Мисс Остин, что вы искали здесь? — уверенно спросила я.

— Н-ничего, — сбивчиво ответила женщина. — Я просто хотела побыть в спальне Доминика.

— Да-да, именно поэтому шарили под кроватью и упали в обморок при упоминании писем с угрозами.

Я повернулась к мистеру Уотсону, справедливо рассудив, что чистосердечного признания от мисс Остин ждать не приходится.

– Помните тот день, когда вы осматривали кабинет деда, мистер Уотсон?

– Естественно, — растерянно отозвался следователь.

— В тот день, мисс Остин была здесь и очень просила побыть в спальне наедине со своими воспоминаниями, но призрак мистера Бреннона напугал её и ей пришлось покинуть спальню. В тот же день, мы с мистером Хидсом нашли под этой кроватью те письма, что мой поверенный передал вам. Сегодня, за обедом, я намекнула мисс Остин о том, что вы ищете некие письма с угрозами, после чего она снова попросилась побыть здесь в одиночестве. Естественно, я позволила, а когда мы с мистером Уайлдом заглянули в спальню, она что-то искала под кроватью.

Мисс Остин попыталась страдальчески закатить глаза и наверняка планировала очередной обморок, следователь же некоторое время прищурившись смотрел на

меня.

— То есть сейчас вы пытаетесь обвинить в чём-то мисс Остин без доказательств? — ехидно поинтересовался он.

– Я просто озвучила вам вполне обоснованные подозрения.

– Вы вызвали патруль из-за простых подозрений?

– Вот именно, я вызвала патруль, а явились вы, — процедила я глядя ему в глаза.

В душе кипело и бушевало негодование. Выходит обвинять меня на основании простых подозрений можно, а других нет? Или можно, но только самому мистеру Уотсону?

– Мисс Остин, что вы искали под кроватью?

Следователь первым отвёл взгляд и повернулся к женщине.

— Свои личные вещи, — тихо ответила она, — точнее одну важную деталь женского туалета, — мисс Остин густо покраснела, а я в очередной раз поразилась её актёрской игре. Совсем не качественно, но и подкопаться не к чему.

Следователь кивнул и благодушно проговорил:

— Мисс Остин, вы можете быть свободны. Извините мисс Ломаш за эту сцену. Она ещё молода и склонна совершать необдуманные поступки.