— Куда?

— Взглянуть на ткань, которую принцесса выбрала для платья.

— Я уже высидел получасовую презентацию эскизов и образцов материалов, — взвыл Захар, но Лавиния, не обратив на его протест ни малейшего внимания, подхватила его под локоть и увлекла к соседней двери.

За ней оказалась огромная комната, заставленная стеллажами, на полках которых были выложены бесчисленные рулоны тканей. Каждому из них был присвоен свой номер, занесенный в базу данных, по которой девушка-ассистентка быстро нашла нужную ткань и выложила ее на демонстрационный стол. Затаив дыхание, Лавиния провела рукой по тонкому материалу. Она наконец смогла представить, каким будет подвенечное платье принцессы.

Измученный, Захар уже не в первый раз оказался вынужден симулировать хоть какой-то интерес, но его силы были на исходе, а энтузиазм Лавинии, напротив, был неисчерпаем. Она подвела его к тяжелой железной двери склада в дальней части комнаты, набрала код и пошла вперед, уверенно продвигаясь по этому шелковому лабиринту.

Наконец Лавиния остановилась.

— Вот! Это моя любимая! — сказала она, выдвинув и немного размотав один из рулонов. — Правда, красивая? Ее создал… — Лавиния запнулась, чуть не сказав «ваш отец». Зная, какую острую реакцию это может вызвать у Захара, она выбрала более нейтральную формулировку: — Ее создал Иван. Он месяцами работал над этим материалом, но результат оправдал все вложенные в него силы. Эта ткань прославила Дом Коловски.

— Обычная бежевая ткань? — искренне удивился Захар.

— Необычная, — улыбнулась Лавиния. — Смотрите, теперь она розовая. Этот материал называется «koza».

— То есть кожа, — понимающе кивнул Захар и пропустил ткань между пальцев, наблюдая за тем, как розовые тона сменяются золотистыми.

Лавиния продолжала водить кончиками пальцев по шелку, а Захар завороженно следил за ее движениями. Он никогда не предполагал, что ткань может быть настолько эротичной.

— Божественно, правда? — вздохнула Лавиния, лаская тонкий материал. — Обычно из этой ткани шьют сорочки. Платье из нее не сошьешь: будешь выглядеть голой… — Она умолкла, поймав напряженный взгляд Захара.

— Зачем? — Его голос дрогнул. — Зачем ты все это делаешь?

— Я ничего такого не делаю… — смешалась она, сделав шаг назад. — Просто когда я рядом с тобой…

— Чего ты хочешь, Лавиния?

— Я… Я стараюсь не думать об этом.

Она хотела того, что чуть не произошло между ними, но была уверена, что это не лучшая идея.

— Почему бы тебе не перестать сопротивляться? — промурлыкал Захар. — Зачем противиться тому, что так естественно?

— Но я ведь скоро стану мамой! — попыталась пошутить Лавиния, но Захар не улыбнулся в ответ.

— Значит, скоро тебе придется проводить все ночи дома и распрощаться с наслаждениями плоти.

— Мне не с чем прощаться, — вздохнула она.

Если бы Захар узнал, насколько бедна ее личная жизнь, он бы убежал от нее за тридевять земель.

— Я бы с этим поспорил.

— На что вы намекаете? По вашему мнению, я должна была вот так взять и отказаться от Рейчел? Просто бросить ее?

— Конечно нет, — покачал головой Захар и, сделав шаг вперед, обнял Лавинию за талию. — Но пока ты еще свободна, можешь делать все, что захочешь. А хочешь ты меня.

Это был не вопрос, а утверждение, с которым не было смысла спорить.

— Мне сказали об этом твои губы…

— Это был просто поцелуй.

— Твой язык…

Она будто приросла к полу, не в силах вымолвить ни слова.

— Твои бедра, — продолжал Захар, наблюдая за тем, как она краснеет под его взглядом. — Твои руки…

Лавиния завороженно смотрела, как его ладонь медленно скользнула под ее жакет. Ее соски мгновенно набухли под тонкой тканью топа в ожидании ласки.

Всю ночь она порицала себя за проступок, весь день вспоминала его, и вот сейчас ей предстояло пережить его вновь.

— Не нужно бороться с собой, Лавиния.

Руки Захара скользнули под ее майку, где он не обнаружил ни бюстгальтера, ни подкладок, лишь блаженство прекрасной упругой груди. Одновременно он чуть прикусил мочку ее уха, а потом начал спускаться вниз, покрывая поцелуями нежную кожу ее шеи.

Захар любил секс. Именно секс, а не прелюдию или последующие ласки. Но он был отличным актером, и ни одна из его любовниц не догадывалась об этом. Он удовлетворял свои потребности, а девушки получали желаемое.

Но сейчас все было иначе. Захар наслаждался каждой секундой, не думая ни о чем, кроме настоящего момента.

Лавинии до боли хотелось большего. Она чувствовала, как внизу ее живота разгорается пожар, который уже не могли угасить эти легкие ласки. В объятиях Захара она забывала об осторожности.

Захар продолжал ласкать ее, пока Лавиния не откинула голову назад, пока не прикусила губу и не застонала. Тогда он потянул вверх ее топ и, обнажив грудь Лавинии, заскользил губами по обнаженной коже.