Лавиния страстно отвечала на поцелуи Захара, но в глубине души ее терзало беспокойство. Она должна была вырваться из плена его губ и наконец признаться в том, что та смелая, чувственная женщина, которую он целовал, пробуждалась лишь в его объятиях, а ночью ему придется иметь дело не с ней, а с испуганной неопытной девчонкой.

— В эти выходные я столько вещей могу сделать в первый раз… — прошептала Лавиния, чуть отстранившись, и Захар победоносно улыбнулся, услышав в этой фразе обещание того, чего так долго жаждало его тело.

— Да, — продолжила она, нервно поправив упавшие на лицо волосы. — Сегодня я сделаю это впервые.

— Ты еще никогда не каталась на яхте? — снисходительно улыбнулся Захар.

— Нет, — покачала головой Лавиния. — Хотя да, я действительно никогда не каталась на яхте, но дело не в этом… — Было бы куда проще опять поцеловать его, чем произнести вслух эти роковые слова. — Я еще ни с кем не спала.

— Лавиния… — Он даже улыбнулся, услышав эту нелепость. — Мы же оба знаем…

— Что ты знаешь, Захар? — нахмурилась Лавиния. — Досужие сплетни, которых хватает в каждой крупной компании? Все шепчутся за моей спиной, болтают, что я спала с Алексеем, а может, и с Левандером, но слова — это всего лишь слова. Да, я могу посмеяться, пофлиртовать, умею подать себя, но это вовсе не значит, что я доступная, дешевая… Все в компании так думают. — Она бросила на него пронзительный взгляд. — Даже ты.

— Я так не думал, — покачал головой Захар.

Пусть он и предпочитал легкие, краткосрочные отношения, к каждой из своих любовниц он относился с большим уважением. Секс был ценным призом, за который Захар был готов отдавать себя каждой из них. Правда, только тело, не душу.

— Из твоих действий, — продолжал Захар, — я заключил, что ты хочешь меня так же сильно, как я тебя. И я испытывал раздражение вовсе не из-за твоих отказов, а из-за сбивающего с толку поведения. Нельзя же так себя вести и при этом… — Признание Лавинии совершенно выбило его из колеи, отказываясь укладываться в голове.

— А я и не веду, — вздохнула Лавиния, пряча глаза. — Такой я была только с тобой.

Ее слова все еще висели в воздухе, когда самолет коснулся земли. Толчок при посадке заставил Лавинию откинуться в кресле, но по силе он был не сравним с ударом, который только что обрушился на сидящего рядом с ней мужчину.

Самолет катился к аэропорту, постепенно сбрасывая скорость, когда Захар вновь заговорил:

— Мне не нужны отношения.

Захар надеялся, что выразился предельно четко. Лавиния должна была стать восхитительной передышкой в его полной проблем жизни, а не осложнить ее еще больше. Захар хотел Лавинию, но ту ярко накрашенную и остроумную Лавинию, которую видел в офисе и на приеме. Ту привлекательную женщину, которая, смеясь, бросала вызов всему миру, которая знала мужчин и те правила, по которым они играют. Он не желал мириться с существованием другой Лавинии, затягивающей его в болото чувств и эмоций, о которых он не хотел даже думать.

— А разве я просила отношений?

— Я тебя умоляю…

Опыт общения с женщинами не оставил сомнения в том, что они всегда хотят куда больше, чем он готов даже начать им давать.

— Разве мы не можем просто наслаждаться обществом друг друга? В конце концов, со дня на день у меня может появиться Рейчел. — Лавиния рассмеялась, глядя на его побледневшее лицо, и пояснила: — Именно поэтому отношения с тобой меня не интересуют. Я могла бы рискнуть своим сердцем, но ее — никогда. Я знаю, какую семью хочу для Рейчел, и ты никогда не смог бы стать ее частью.

В этой фразе слышалось приглашение к продолжению разговора, но Захар предпочел промолчать. Экипаж уже вышел, дверь салона открылась, а у трапа их ждал личный помощник короля Абдуллы. Захар отстегнул ремень безопасности, стремясь побыстрее выбраться наружу, но Лавиния схватила его за руку:

— Мне не нужны отношения, но я хочу быть с тобой. На одну ночь. На одну ночь я хочу забыться, чтобы потом было что вспомнить.

Захар не знал, что ей ответить. Он хотел провести с Лавинией гораздо больше, чем одну ночь, но это было до ее рокового признания.

— Захар…

Он отдернул руку и поднялся.

— Я уже сказал тебе в день нашего знакомства и повторю еще раз: ты даже не представляешь, с кем связываешься. — Наивное неоправданное доверие Лавинии раздражало его. — Лучше держись от меня подальше.

С этими словами он вышел из самолета. Лавинии не оставалось ничего иного, как последовать за ним, хотя от радости, которую она испытывала всего лишь несколько минут назад, не осталось и следа.

В сопровождении личного помощника короля они сели в шикарный лимузин, который отвез их на пристань, где ждала огромная белоснежная яхта.

Король и его семья тепло поприветствовали их, когда они поднялись на борт. Жасмин была рада снова видеть Лавинию. Оказалось, что в кругу семьи принцесса была избавлена от необходимости носить вуаль. Сейчас, в окружении родных людей, она была совсем не похожа на ту робкую девушку, которую Захар видел в Мельбурне. В просоленном воздухе то и дело звучал ее звонкий смех.

Роскошное судно вскоре отчалило из Дарлинг-Харбор и медленно поплыло вдоль берега. Открывающиеся виды на огромный Харбор-Бридж и великолепное здание оперы были настоящим праздником для глаз, но взгляд Захара был устремлен вовсе не на берег. Он смотрел на Лавинию, непринужденно болтавшую с Жасмин, и не мог отвести глаз. Осознание того, что от этой девушки следует держаться подальше, причиняло ему почти физическую боль.