— О чем ты говоришь? Я предлагаю тебе шанс изменить твою жизнь.

— Нет, ты лишаешь нас каких-либо шансов, — сокрушенно покачала головой Лавиния. — И обесцениваешь все то, что произошло между нами ночью.

Она выскочила из кровати так быстро, словно матрас вдруг вспыхнул огнем, и, завернувшись в покрывало, повернулась к нему:

— Мне не нужна твоя благотворительность, Захар. По правде говоря, мне жаль тебя. Ты умеешь привязывать к себе людей только деньгами!

Лавиния бы с удовольствием оделась и ушла прочь, но они были на яхте посреди океана, так что она просто закрылась в ванной и долго стояла под душем, смывая с себя запах Захара и всеми силами стараясь не плакать.

Даже если бы Захар намеренно пытался унизить ее, он не смог бы добиться большего.

Как ей возвращаться на работу, зная о том, что произошло? Как ей смотреть в глаза Жасмин и королю? Ей хотелось только одного: уйти и никогда больше не видеть его. Но, увы, прямо сейчас это было невозможно.

А значит, ей придется справляться с проблемой единственным известным ей способом.

Впервые за долгое время Захар не знал, что ему делать. Он действительно хотел позаботиться о ней и никак не ожидал подобной реакции.

Захар слышал, как Лавиния включила воду, и приготовился ждать ее возвращения. Он ведь сразу сказал, что не хочет серьезных отношений или привязанностей. Он привык решать все вопросы деньгами и не видел в этом ничего плохого. Деньги позволяли ему держать дистанцию и избегать лишних эмоциональных связей.

Но сейчас Захару было необходимо найти иной подход к Лавинии. Хотя бы потому, что она слишком много знала и могла нарушить его планы, но, конечно, не только поэтому. Он старался придумать правильные слова, морально готовился к тому, что придется утешать ее, стирать поцелуями слезы с ее очаровательного лица, даже извиняться…

Но когда дверь ванной наконец открылась, и Лавиния вошла в комнату, стало ясно, что она не нуждается в утешении. Ни намека на слезы, тщательный макияж, золотистые волосы убраны в высокий хвост, и, что сильнее всего сбивало с толку, улыбка.

Она без тени смущения сбросила полотенце и начала одеваться.

— Тебе тоже лучше начать собираться, — мимоходом заметила она.

Поверх кружевного комплекта белья нежно-фиолетового цвета Лавиния надела простую белую рубашку и элегантный брючный костюм. Она выглядела спокойной, уравновешенной и невероятно красивой. И при этом ее лицо ни на мгновение не покидала улыбка.

Захар ожидал чего угодно: споров, обвинений, даже готовности передумать. В конце концов, он предлагал ей сумму, благодаря которой Лавиния смогла бы кардинально изменить свою жизнь. Но вместо этого она улыбалась и вела себя так, словно ничего не произошло. Это стало для Захара ударом ниже пояса, ведь он понимал, что это значит.

Лавиния играла, так же как и для тех отвратительных мужчин, перед которыми она когда-то была вынуждена танцевать. А та настоящая Лавиния, которую он только начал узнавать, закрылась от него.

Утро понедельника выдалось до отвращения солнечным и безоблачным. Кабинет встретил Захара ароматом свежесваренного кофе и приятных духов. Сев за стол, он обнаружил, что его компьютер уже включен, а ежедневник открыт на нужной странице, испещренной мелкими пометками, дополняющими сегодняшнее расписание.

Оставалось радоваться тому, что он так своевременно вызвал Эбигейл в Австралию. По крайней мере, можно было быть уверенным в том, что именно она, а не Лавиния, подаст ему утренний кофе.

Обратная дорога в Мельбурн показалась ему сущим адом. Нет, не было ни слез, ни обвинений, напротив, Лавиния в течение всего перелета болтала как ни в чем не бывало, но в каждом ее движении и слове сквозила фальшь. Она вежливо поблагодарила его, когда он высадил ее на уже знакомой улице, легкой походкой прошла по садовой дорожке и закрыла за собой дверь. В тот момент Захар думал, что навсегда.

Что ж, оно и к лучшему. Без щебечущей ему на ухо и путающей его мысли Лавинии будет куда проще привести его план в исполнение.

Он подошел к секретарскому столу, за которым устроилась его бессменная помощница:

— Я хочу, чтобы мы закончили здесь до конца недели.

Тонко выщипанные брови Эбигейл поползли вверх.

— Я думала, у нас будет гораздо больше времени.

— Хочу как можно быстрее покончить с этим делом, — отрезал Захар, и Эбигейл кивнула.

Они много лет работали вместе и научились понимать друг друга без лишних слов. Эбигейл была отличной ассистенткой — умной, расторопной, исполнительной. Кроме того, она была давно замужем, а значит, не стала бы усложнять жизнь Захара внезапными требованиями, невзирая на то что они иногда спали вместе.