Я вжалась в кресло, сражаясь с внезапным порывом сделать что-то неприличное, например, наклониться и вдохнуть его запах.

Или что-то похуже.

Он с легкостью вытянул ремень безопасности и одним решительным движением пристегнул меня.

— Вот так, — сказал он, когда я услышала щелчок.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи.

— Ясно, — его лицо всё еще находилось в дюймах от моего, его поразительные синие глаза изучающе скользили по моему лицу.

— Ты наверняка это подстроил, чтобы соблазнять девушек или что-то в этом духе, — сказала я растерянно.

— Не льсти себе.

— Даже если я… — у меня перехватило дыхание, и резкий ответ застрял в горле, когда его взгляд упал на мои губы и задержался на них.

Чёрт, он близко.

Слишком. Близко.

Очевидно, он подумал о том же, потому что стиснул зубы и быстро вернулся в своё кресло. Через секунду он резко врубил сцепление и сильнее надавил на педаль, и автомобиль с ревом покатился по темной улице.

Я перенесла внимание на происходящее за окном, стараясь успокоить дыхание.

— Извини за то, что там произошло, — сказал он через несколько мгновений тишины. Его глаза пробежались по моему телу, словно выискивая боевые ранения. — Как ты?

— Просто замечательно. Лучшая ночь в жизни.

Каким-то образом всего за одну ночь у меня появился враг, на меня напали — и я даже ничего для этого не сделала. Представляю, чего я смогу добиться, если как следует постараюсь.

С другой стороны, хорошо, что она набросилась на меня с алкоголем, а не с кулаками.

— Я пытался тебе рассказать, — любезно пояснил он.

— О чем? О том, что твоя ненормальная подружка собирается ни с того, ни с сего напасть на меня только потому, что я стою около тебя? Нет. Не думаю, что ты пытался рассказать мне об этом.

— Пожалуй, нет, — прозвучало так, словно он говорил, улыбаясь, но я продолжала смотреть в окно, опасаясь, что врежу ему, если увижу, как он смеётся.

— По-любому, она моя бывшая, — поправился он. Не уверена, что он сам в это верил — таким тихим был его голос. — Мы не вместе.

— А ей об этом кто-нибудь сказал?

— Все сложно, — ответил он, не взглянув на меня.

— Ну разумеется, — проворчала я, отряхивая пропитанные виски джинсы. Определенно, я не хочу в этом участвовать.

У меня не было ни тени сомнения, что между этими двумя ещё не всё закончилось. Это-то я знала. Чего я не понимала — каким боком я в это вписываюсь. Почему она ощутила такую угрозу из-за простого разговора между двумя людьми? Наверняка я была не первой девушкой, которая говорила с её парнем (бывшим или каким еще). Она что, наезжала по-очереди на всех, кто с ним говорил, или это только по мою душу?

Что-то тут было не так.

И теперь он везёт меня домой, что определённо не вызвало бы восторга у этой высокомерной особы. Могу себе представить кошмарное выражение лица Никки, если она об этом пронюхает. Он серьёзно рискует, подвозя меня. Это не могло меня не удивлять.

— Почему ты это делаешь?

— Делаю что? — спросил он не глядя.

— Почему ты поехал следом за мной и предложил отвезти меня домой после всего, что случилось вечером?

Он заколебался, словно задал себе ровно тот же вопрос.

— Я не собираюсь просто позволить тебе идти домой одной, — наконец, ответил он, едва не раздражаясь. — Ты даже не знаешь, где находишься.

Довольно откровенно.

— А тебе-то что?

— Да ничего, — ответил он ледяным голосом, бросив на меня взгляд, когда переключал передачу. — Просто хочу, чтобы моя совесть была чиста.

— Твоей совести поможет, если ты меня отвезешь?

— Ага. Вроде того.

— Потому что…? — сказала я, заставляя его продолжить.

Он громко вздохнул, словно я испытывала его терпение.

— Потому что ты должна попасть домой в целости и сохранности. А после того, что случилось вечером, думаю, это самое малое, что я могу для тебя сделать.

Превосходно. Он чувствует себя виноватым из-за того, что Никки устроила в баре, и сейчас пытается искупить вину. Или жалеет меня, но в это я верить отказывалась.

Я отвернулась к окну.

— Если это позволит тебе уснуть…

Через пару минут молчания он повернулся ко мне со странным выражением в глазах:

— Тебе на самом деле лучше держаться подальше от этого.