иначе, наверное, меня бы не было здесь, чтобы делиться своими

воспоминаниями. Я поспешил обратно на борт, и наш космолет был поднят на

спасательный корабль. Все мы были в безопасности, никто не погиб, никто даже

не пострадал, и все мы были очень признательны Мастеру.

Много лет спустя я узнал, что его обвинили в халатности в связи с этим

инцидентом, и он был уволен со службы в Кррхунн. Его обвинили в том, что на

борту космолета было недостаточно стабилизатора для выполнения норматива

для курсантов. Дело в том, что прыжки сквозь пространство расходуют

значительно меньше стабилизатора, чем полеты на крейсерской скорости. Но все

равно, я должен признать, что он успешно посадил космолет, сумел сохранить

спокойствие и порядок на борту.

Ожидая мастера космической станции, я предполагал увидеть кого-то высокого и

крупного, по ассоциации со своими юношескими воспоминаниями. Стена

открылась, и вошел низкорослый брат с зеленоватым цветом кожи.

–

Приветствую вас, братья и сестры, – сказал Мастер станции. – Как я

понял, вы хотели бы видеть нашего Главного медика. К сожалению, он находится

в карантине в состоянии бреда, и вызвать его сюда не представляется

возможным.

На это Генерал сказал, что, по его мнению, нет необходимости тратить время на

второстепенные вопросы.

–

Основной вопрос – это как поступить с этой планетой? Лично мой

ответ прост: вызвать службу зачистки от паразитов и придать планете достойный

вид.

–

Вы сказали, что Главный медик станции находится в бреду, – сказал

Доктор, – и это как раз то, чего я опасался. Мы все тут начинаем бредить, дорогие

братья и сестры. Что лишь подтверждается предложением, внесенным Главой

безопасности. А также бредовыми мифологическими домыслами, высказанными

Главным философом.

Планетарный аналитик посмотрел на собравшихся и сказал:

–

Я подозревал, что Верховный совет может предложить ликвидацию

местных живых существ. Однако зачистка от паразитов вряд ли является

подходящим вариантом. На этой планете слишком много форм жизни, и такая

работа будет слишком затруднительной. Если же Совет решит, то можно,

например, создать искусственную звезду рядом с существующим светилом. Сила

притяжения сольет вместе обе звезды, а последующий взрыв уничтожит всю

планетарную систему.

–

Слушая вас всех, я начинаю подозревать, что Главный медик этой

космической станции находится в менее бредовом состоянии, чем все

присутствующие, – заметил Доктор.

Словно не слыша его, Мастер космоса заметил, что правила не позволяют

создавать искусственные звезды такой массы, а также непозволительно

создавать какие-либо звезды или планеты в сфере воздействия природных

гравитационных полей.

Мне показалось, что настало время вернуть дискуссию в изначальное русло. И я

спросил Планетарного аналитика о том, имели ли сотрудники станции какие-либо

контакты с местными существами, и можно ли считать их, местных существ,

наделенными сознанием.

Но тут вновь вмешался Президент:

–

Ты опять пытаешься представить свои нестандартные идеи. Ты

хочешь всерьез предположить разумность этих существ?

Президент говорил это так, будто меня самого нужно немедленно поместить в

карантин.

–

Взгляни на них, - продолжал он, – они убивают и иногда даже

поедают друг друга. Им всегда не хватает ресурсов и того, что у них уже есть. Мы

все видели некоторые из их примитивных машин, позволяющих этим существам

выйти за пределы их планеты. И они разрабатывают все новые технологии. Что

будет, если, в конечном итоге, они доберутся до нашего мира? Что они сделают с

нами, если они делают такие вещи сами с собой? А контакт тут устанавливать не

с кем. Эти примитивные существа живут племенами, и каждое племя имеет

собственного лидера. У них есть некоторая форма планетарного собрания, но оно

никем не избирается и игнорируется местными лидерами, когда им это

вздумается.