Через несколько секунду в двери тренажерного зала широким хозяйским шагом вошел парнишка.

— Я так больше не могу-у-у-у-у!!! — крик души, изданный им, закончился за дверьми в людской спортзал.

Друзья солидарно проводили оптикой психующего Джека и переглянулись. Буквально в ту же минуту в дверях появилась и его мама. Она внимательно осмотрела помещение и, не найдя искомого, обратила внимание на двух балбесов, у которых, как они не старались, но мебелью прикинуться не получалось.

— Ну и где он? — боты замялись. Бамблби сдавать арсиного друга ой как не хотелось.

— Второй раз спрашивать… — договорить она не успела. Из-за соседних дверей донёсся грохот и дикий вопль.

— Думаю, спрашивать дальше не придётся…

— женщина решительно направилась в сторону шума. Примерно с полминуты там были слышны крики и возмущения, но потом всё стихло.

— Покойся с миром!

— Мы тебя не забудем! — со смехом товарищи хлопнули друг другу руку и, стараясь не шуметь, начали медленно двигаться оттуда.

— Мне кажется, я знаю чем мы сейчас займёмся.- сказал Шмель, когда оба были уже у него в комнате.

— Ну и чем-же?

— Расскажу, если только ты пообещаешь снова меня не бросать…

— Положа руку на искру, клянусь: если что — отдуваться вместе будем!

— Посмотрим.

Снова настало то самое личное время.

В главном ангаре не было никого. Все ещё в десять вечера попрятались по «норам» и сладко засопели в подушку. Все, кроме этой двоицы, которая с хихиканьем кралась вдоль стеночки, стараясь не шуметь, держа в руках по несколько банок с краской и одну с кистями. Да, они всё-таки нашли себе занятие. Вот только кому-то будет ой как не прикольно утром.

Они миновали дверь комнаты Эмилис, Арси, затем Рэтчета. А перед отсеком Прайма затейники остановилась, но после минутного обдумывания и воображения, что им за это будет, пошли дальше. И хорошо. Если бы они всё-таки решились, то их ждал бы бо-о-о-ольшой облом-с, потому что Прайм наблюдал за всем со стороны. Последнему просто не спалось и он вышел из своего отделения чтобы пройтись, но ему посчастливилось вовремя остановиться в тёмном углу и понаблюдать за своими шкодниками.

Между тем, Би и Джаз подошли к двери Уилждека, кивнули друг другу и скрылись в недрах его логова.

(Через час).

Двери вновь распахнулись и двоица, так-же тихо вышла наружу. Оптимус, подождав немного, вернулся к себе в отсек.

— Вот негодники… — лишь тихо вздохнул лидер и покачал головой — Джек, боюсь, завтра опешит, а Леннокс лопнет от смеха.

— оставшаяся часть ночи прошла спокойно.

На утро все проснулись от дикого хохота. Ржал Леннокс, а Уилджек стоял посередине ангара и искренне не понимал что происходит. Через пять минут вся база просто тряслась от раскатов смеха Автоботов и военных, когда несчастный глянул на себя в зеркало (если бы мог — он покраснел бы от дикой злости, хотя этого под сантиметровым слоем розовой краски и верхним слоем блёсток было бы почти не видно).

— Б-А-М-Б-Л-Б-И-И-И-И!!!!! — в конец рассвирепел оружейник.

— Что сразу «Бамблби»?! Чуть что — сразу «Бамблби»… — после этих слов послышался визг шин и звуки быстро удаляющихся моторов.

Как не иронично, но главный провокатор по поведению был вынужден трансформироваться и кинуться догонять тех, кто поставил его в такое неловкое положение, вызвав тем самым ещё один взрыв хохота:

На бампере Джаз умудрился нарисовать значок Десептиконов и аккуратненько обвести его в сердечко.

Оптимус стоял в стороне, сложив руки на грудной пластине, и не смеялся. Он лишь с намеком на улыбку хмыкнул и пошел по своим делам:

— Пусть развлекаются, пока есть возможность… Главное, чтобы он их не убил.

Джеки (так его ласково называют в узких кругах) так и не удалось догнать проказников. Вернувшись ни с чем, он пошел к Рэтчету краску сводить и готовить контрмеры.

Ближе к десяти часам вечера Прайма стал свидетелем коварной мести: весь отряд Автоботов с хохотом отвязывал разведчика и лейтенанта от их спальных платформ.

— Почему сами ни с кем не связались, а дождались, пока вас не найдут? — с улыбкой спросил Оптимус.

— Да не могли, понимаешь ли! Глушилку товарищ поставил. — горестно ответил Джаз, наконец-то высвободившись из крепких объятий стальной веревки…

В это время в охранной комнате, практически плача от смеха, за всем происходящим наблюдал довольный собой Уилджек и просто дежуривший там Рэтчет.

Вдоволь насмеявшись, обитатели базы начали собраться в холле, чтобы по традиции послушать план действий на завтра. Все было как обычно: Ультра Магнус стоял около Прайма, умно покачивая головой в знак согласия с речами лидера, а остальные смиренно наблюдали за ползущими стрелками часов.