— Что? — я нервозно сглотнула. — О чём ты таком говоришь?

— Николас сообщил мне, что он увозит тебя. Он сказал, что ты была расстроена.

— И?

Я избегала его взгляда, чтобы он не смог разглядеть обиду в моих глазах. Я не видела Николаса с тех пор, как оставила его этим утром. Несколько часов спустя он постучал в мою дверь, но я не ответила. Он знал, что я была в комнате точно так же, как я знала, что это он был по другую сторону двери, но через несколько минут он ушёл. Мне не нравилось устанавливать между нами дистанцию, и его отсутствие было для меня подобно зияющей дыре в груди. Но он знал меня слишком хорошо и я никогда не смогу скрыть от него свои замыслы. Если он прознает о моих планах, я сегодня же вечером буду с ним на самолете, направляющимся в неизвестном направлении. Я не могу позволить этому произойти.

Роланд громко фыркнул.

— Я знаю тебя слишком хорошо, чтобы ожидать, что ты безропотно смиришься с этим. Ну, сознавайся. Каков план?

Я с большим трудом старалась сохранить невинное выражение лица.

— Нет никакого плана, Роланд. Я просто читаю. Видишь? — я подняла книгу для пущей убедительности.

— Знаешь, я смог бы посчитать эту историю более правдоподобной, если бы книга не была перевёрнута вверх ногами.

Я мельком взглянула на абракадабру перед собой и покраснела.

— Попалась, — он сел на подножие моей кровати и пригвоздил меня серьёзным взглядом. — Ты не можешь даже и думать о бегстве в одиночку после того, что только что произошло?

Оставив всё притворство, я откинула книгу в сторону и села.

— Именно из-за произошедшего я и должна уйти. Мы обязаны остановить этого Магистра, до того как пострадает ещё больше людей. Я собираюсь найти Мадлен и вынудить её выдать мне его личность.

— Что побудило тебя считать, что ты сможешь её найти, в то время как все остальные Мохири не могут?

— Мадлен умна, и она выжидает Мохири или Магистра. Всего один признак их присутствия и она снова исчезнет, — я самонадеянно улыбнулась. — Она не будет ожидать меня.

— Да, но сначала ты должна найти её, а она умудрялась держаться вне поля зрения десятки лет.

— Никто не остаётся вне поля зрения, если только они не живут совершенно вне системы, и я достоверно знаю, что моя дорогая мамочка не живёт в пещере. Мой друг, Дэвид, выслеживал её в течение месяца, и у него заняло немного времени взять её след.

Роланд нахмурился.

— Дэвид, хакер? Если он знает, где она, расскажи Тристану и позволь ему с этим разобраться.

— Нет.

Я соскочила с кровати и начала мерить шагами комнату. Я больше не собиралась отсиживаться и ничего не делать. Я не могла. Кроме того, Мадлен была слишком умна для этого, и она заметит приближение своего отца за целую милю.

— Как я сказала, она будет ожидать его. И будь я проклята, если позволю им отправить меня Бог знает куда, в то время как все остальные подвергают себя опасности. Ты знаешь меня, Роланд, я не смогу так жить.

— Но ты сможешь оставить Николаса? Я видел, как ты смотрела на него прошлой ночью. Ты любишь его, так ведь?

Я перестала расхаживать и сглотнула ставший в моём горле ком.

— Да. Но этого недостаточно.

Сама мысль покинуть Николаса разрывала меня изнутри. Я любила его больше, чем считала возможным так кого-то любить. Но если я останусь и позволю ему защищать себя так, как он этого хотел, вскоре я начну задыхаться и, в конечном счете, начну обижаться на него. Чтобы из того, что было между нами, что-то вышло, мы должны видеть друг друга равными. Этого никогда не произойдёт, если мы поступим как он того желает.

Роланд указал на один из рисунков, висевший над моим столом.

— Что насчёт Нейта? Ты и его собираешься оставить?

Я устало села на рабочее кресло и положила голову на руки.

— Не то чтобы я хотела оставлять его, Роланд. Я едва не потеряла его, и меня просто убивает то, что я причиню ему боль подобным образом. Но я должна сделать это и ради него тоже. Он пленник здесь до тех пор, пока Магистр где-то рядом. Не думаю, что после прошлой ночи, он где-то может быть в безопасности.

— Ты настроена на это, да?

— Да.

Как только я решилась на данный курс, уже ничего не могло меня переубедить, и он знал это. Меньше всего я хотела покидать Николаса и Нейта, или Тристана и Джордан, или Десмунда. Но речь шла не о том чего хотела я. Всеми фибрами своей души я понимала, что должна сделать это.

— Хорошо. Тогда я иду с тобой.

Надежда вспыхнула в моей душе, и я резко подняла голову и пристально посмотрела на него. Но столь же быстро как надежда разгорелась, я подавила её. Как бы сильно я не хотела совершать это в одиночку, я не могла втягивать его в это.