– Тридцать третий номер будет справа по дальнему коридору, - благоразумно заверил Джеймс, читая благодарность во взгляде девушки.

– Приведи полицию, - шепнула та перед тем, как Джеймс исчез из поля зрения. Девушка спешно повернула дверную ручку; от стен лестницы отражался эхом глухой топот ног. Вайолет поспешила слиться с тишиной третьего этажа. Ее ноги тряслись.

– Номер за поворотом, - сообщила та подросткам, рванув с места как только дверь позади неслышно прикрылась. Кит, нервно грызя ноготь, стартовал следом, утягивая полуобморочную Анну. Мягко шуршал ворс ковролина.

– Не понимаю, зачем кому-то грабить отель? – воскликнула Анна, еле поспевая за однокурсниками. – У вас ведь даже кассы нет!

– Они здесь не для этого, - бросила Вайолет, беспокойно прислушиваясь к возможным посторонним звукам. Но этаж был так привычно молчалив, что весь шум лобби, весь страх и тревога – все это казалось миражом.

– Не для этого? – повторил Кит. Поворот направо, в проход меж двух центральных коридоров. Еще немного, еще несколько шагов… Все слова стояли в горле, и усилия говорить оборачивались тошнотой.

– Они здесь из-за Тейта… - на эмоциях шепнула девушка.

– Стоять! – выкрик позади испугал. Все трое замерли на месте; миновав угол, бесшумно выступил юноша, со скрипом байкерских перчаток сжимая черное помповое ружье. Анну заколотило от страха, Кит медленно сделал шаг вперед, пряча ее за собой. И лишь Вайолет символично стояла чуть впереди ото всех, к кошмару своему узнавая гостя: это был он – парень, чье лицо не сходило с первых полос всех местных газет вот уже какую неделю. Облик стерся из памяти за прошедшие дни, воскреснув сейчас лишь благодаря воспоминаниям о деяниях: стрельба в школе, побег из-под стражи, укрытие в заброшенном доме…

На мгновение ее тело будто сковал лед, затем разум прояснился, словно произошла короткая очистка жесткого диска. Ударил адреналин. Испугавшись шороха джинсовки, парень тряханул свой Ремингтон, перезаряжая обрез, и сжал оружие обеими руками, направляя дуло в сторону подростков. В полутьме, освещаемый тусклым свечением ламп, он казался настоящим зловещим безумцем. Больно забила венка на шее; Вайолет сделала вдох, давя приступ тошноты.

– Дилан, - ровным голосом привлекла внимание та, дождавшись, пока бегающий взгляд юноши, не без труда, но сфокусируется на ее собственном, - ты ведь Дилан, да? –Вайолет осознала, что была единственным человеком, смекнувшим о мотивах разворачивающегося «Бостонского чаепития». Имя Тейта четко прозвучало там, в вестибюле. И что бы ни хотели эти ребята, сын ее соседки имел к этому непосредственное отношение…

Она медленно шагнула вперед. Ноги были кошмарно ватными. Анна в ужасе промычала что-то нечленораздельное, Кит встревоженно дернулся.

– Вай!

Дилан резво перевел дуло ружья, вызвав новую пугливую реакцию. Адреналин дурно опьянял, и запах страха плотным облаком распространялся по пространству. Игнорируя друзей, Вайолет сглотнула, приподнимая ладони на уровне груди. Ведь как там учили в школе? Попытка показать, что ты не враг и готов к сотрудничеству – крайне важная тактика поведения при нападении? Ее незаметно колотило – для других да и для самой себя. Полутьма коридора давила, стены словно сжимались. Вайолет была внимательной девочкой: уже второй раз этот юноша нервно потер нос. «Ведь не от насморка», - мелькнуло в ее голове. Красные глаза, расфокусированный взгляд, зуд полости носа, развязная речь и все его поступки – явные признаки наркомании. «Он под дозой», - быстро заключила Вайолет, уже сталкиваясь с кокаинщиками в лице Тейта и Салли. В этом и был весь ужас: такие не контролируют себя, и выстрел мог произойти в любой момент.

Юноша на мгновение завис, явно не ожидая, что его узнают, но быстро переменившись в лице; ненадолго задержалась тень гордости, губы передернуло в полуулыбке.

– Знаешь меня, может и его знаешь тоже? – быстро оттарабанил будто бы отрепетированную фразу тот, все продолжая нервно утирать нос.

– Его? – спокойно, дружелюбно повторила девушка, лихорадочно обдумывая возможные варианты. Она старалась не смотреть ни в глаза нападавшего, ни на дуло ружья, что сейчас отплясывало по импровизированному квадрату воздушного пространства. На ее уточнение парень нетерпеливо закивал.

– Да-да его, - он облизнулся, ткнув дулом поочередно в сторону каждого из присутствующих. И симпатичная при иных обстоятельствах мордашка выражала весь спектр признаков помутнения рассудка: от горящего взгляда, до нервной, похожей на тик полуулыбки. – Вы все, наверное, и не подозреваете даже на каком месте стоите!

Кит приоткрыл рот, желая что-то возразить, Вайолет остановила, опережая его.

– Здесь погиб юноша, - начала та, пытаясь вывести нападавшего на диалог, потянуть время. Быть может, полиция уже близко… Вайолет не была уверена, что за ее спиной вообще продолжают дышать – настолько тихим стал и без того молчаливый коридор. Даже трубы под потолком не гоняли воду. Ее реплика вызвала язвительную усмешку юноши.

– Погиб? Погиб!? – он психовал. – Алло, народ! Вы не знаете?

– Послушай, - вспылив, начал было Кит.

– Молчать! – заорал юноша, дернув обрезом так, что у Вайолет подпрыгнуло сердце. Кит замер, Анна зажмурилась. Нападавший мотнул головой; прядь каштановых волос упала на лоб. – Чертов парень был гением! Совершить правосудие и умереть там, где можно остаться живым до скончания веков!

Кит был сбит с толку, Анна напугана слишком сильно, чтобы соображать, а Вайолет была в тотальном ужасе от услышанного: он знает Тейта, он назвал стрельбу в школе «правосудием», и он осведомлен о «чудодейственном» свойстве стен отеля. Черт возьми, откуда?