***

Но как же удержать свое любопытство и не посмотреть, чей это смартфон? Еще на этаже, лишь стоило Вайолет понять, на что именно она чуть не наступила, в голову тут же закрались нехорошие идеи, что, возможно, его обронил Кит и он захочет вернуть его, что он увидит ее, заговорит, и все: тут же свадьба, дети.

Но у Кита белый айфон, а этот черный гаджет по цене был далек от продукции эппл. Облокотившись о стойку регистрации, Вайолет все думала, действительно ли ей надо знать, чей это телефон. Сперва ее натолкнули на мысль марка LG и модель смартфона, затем была заставка при разблокировке – фото с друзьями. Вайолет передернуло, она быстро обвела взглядом пустующее лобби, боясь, что ее заметят, и присела на мягкое сидение высокого стула, словно прячась на втором уровне стойки регистрации.

Конечно же это телефон Анны! Нельзя ошибиться: на заставке стертое фото с кучей крутых фильтров, где она и ее друзья тусуются у кого-то в доме. Вайолет вздохнула, и сама того не заметив, как провела пальцем по экрану. Пароль!

– Ну конечно же… - пробубнила та, - ведь не дай бог Кит увидит ее многочисленные селфи… - раздраженно гримасничала девушка. Каким может быть ее пароль? Четыре единицы? Что она творит, Боже мой!

Секундное замешательство заставило Вайолет отложить смартфон в сторону. Но зеленый свет на дороге к пороку и преступной деятельности уже горел, и Вайолет, не долго думая, вновь схватила телефон, больно закусывая губу.

«Я попробую всего один разочек, и если цифры не подойдут, то я оставлю эту затею…» - решила Вайолет. Ладно, самый распространенный и банальный пароль какой только может быть – дата рождения. – «Когда там они закатывали ту тусовку?»

Ткнув по экрану, Вайолет чуть не запела альтом – цифры подошли. Сердце застучало так, словно она ввела комбинацию на сейфе в банке.

– О, ну конечно… - закатила глаза та, видя фон на домашней странице: цитатка из песни мейнстримной рок-группы.

Вот фото Анны на практике по правописанию в тот день, когда Кит шуршал оберткой от сэндвича на всю аудиторию, вот Анна, Кит, еще двое из их компании с алкоголем на лекции по философии, Анна с алой помадой, Анна и гитара, Анна у друзей с вином из картонной упаковки, окутанная табачным дымом, вот видео с концертов дурацких музыкальных групп, и шутливое фото ее, Кита и еще одного друга в H&M, рождественское фото в мишуре и пьяном угаре… и селфи, селфи, селфи, куча селфи с глупыми подписями.

– Ты что, листаешь инстаграм Анны?! – восклицание Лиз заставило Вайолет вздрогнуть и чудом удержать смартфон в руках.

Девушка приоткрыла рот.

– Я н-нашла телефон на полу в коридоре. Не знала чей он и решила дать объявление.

Лиз хитро прищурилась, словно подозревала Вайолет во лжи, думая, что девушка тайком вынесла гаджет из номера подруги Кита. Но все же она, не проронив ни слова, склонилась к смартфону, заглядывая на экран. Вайолет молча ждала реакции, а Лиз все надменно поджимала губы, оценивающе изучая фото.

– А эта девочка любит себя, - презрительно кинула та, медленно моргнув. Вайолет с издевкой усмехнулась. – Самый отвратительный тип людей – те, кто следуют идиотскому модному течению, но при этом обязательно ставят остроумную подпись вроде «ой, это не считается, меня попросили».

Вайолет улыбалась во весь рот. Как одна лишь фраза, брошенная чарующим, слегка высоковатым голосом Лиз, может даровать такой чудесный исцеляющий эффект? Уже было оторвавшись от экрана телефона, Лиз вновь сосредоточенно прищурилась, продолжив:

– Ну дела! Кто же так красится? Господи помилуй! Стрелки же разной толщины! – Лиз прикрыла глаза, энергично замахав кистью руки, словно говоря «нет, все, с меня довольно этого ужаса». Вайолет тихо хихикала, польщенная поддержкой напарника. – Не скучай, скоро вернусь, - пропела та, сжимая коробку, схожую с той, какую девушка относила на третий этаж получасом ранее. С этими словами Лиз плавно обогнула одну из массивных колонн.

– О Боже… - вздохнула Вайолет, откладывая смартфон подальше, поднимая со стойки раскрытую «Защиту Лужина».

***

Поначалу казалось, что страницы книги не отвлекут ее от размышлений, касательно того, что ей сказать, если за телефоном спустится Кит, а не Анна, но постепенно уровень бредовости этой идеи все возрастал и возрастал, а Набоков вскоре полностью увлек Вайолет чарующим слогом и конструкциями предложений. Она и не заметила, как лобби пересек объект ее тревог и волнений, остановившись у стойки регистрации. Вайолет жевала кончик пряди волос, жадно поглощая строки. Юноша улыбнулся, пошлепав по поверхности ладонями, и тихо, но с нужной громкостью, откашлялся, прочищая горло.

– Привет.

Вайолет спокойно подняла взгляд, внутренне вся цепенея, задрожав. В ее разуме сейчас все еще стояло представление вкуса набоковских лакричных палочек, отчаянно пытавшееся заменить себя осознанием того, что Кит стоит от нее на расстоянии меньшем, чем половина метра.

– Привет, - абсолютно спокойно ответила Вайолет, откладывая книгу в сторону, принимая официально-профессиональный вид. – Чем могу помочь?

Она улыбалась, но в душе желала закричать. Отчаяние захлестывало. Он смотрел на нее дольше, чем она могла припомнить за весь год. И улыбался. Так красиво, что она изо всех сил пыталась не расплакаться от эмоций.