Маг подошел ко мне и сел на корточки.

– Доброе утро! Как дела?- маг говорил на тимиране, язык, который я знаю хорошо.

– Доброе утро! А почему мы все утро говорим на иностранных языках? Я академию уже давно закончил.

– Мельхиор, скажи, что было вчера?

– Пьянка. Диплом обмывали, а потом с женщиной в тюрьме сидел за поход с каким-то парнем в поле. Ящериц ловил, а они улетали. Хорошее вино было.
– я почесал затылок.

Маг тоже задумался. Над чем он думал, не имею понятия, но он не ответил на мой вопрос.

– Мужчина - начал я и умолк. Что-то передумал говорить, что собрался.

Третий гость подошел ко второму и начал говорить что-то на непонятном языке, который на слух состоит из одних согласных.

– А что это за зубодробительная штука, на которой вы изъясняетесь?

– Этот язык называется тарихас.
– медленно ответил гость.

– Скажите что-нибудь помедленней на этом языке.

– Солнышко светило,

Дракона пригревало,

Солнце село рано,

Птичка улетела.
– ответил гость стихами.

Я понял.

– А можно еще?- спросил я на риане, надеясь, что меня поймут.

Маг меня не понял, но понял Шалин. Из своего угла мужчина ответил

– Когда солнце скрывается в горах,

– Жизнь рассыпается в прах - в шутку ответил я на этой зубодробительной штуке. Так, откуда я знаю эти слова? Попытался вспомнить, но не вышло.

***ШАЛИН КИНТРО МАРН***

Я сидел на кровати и смотрел на Мельхиора. Защит нет, воспоминаний об Империи нет, он не понимает тарихас, помнит все обрывками.

Риан - это не тот язык, на котором я могу свободно говорить. Мельхиор знает его достаточно неплохо и переходит на него.

Есть у меня еще один козырь в рукаве, но не факт, что сработает. Оливин. Язык сказок и преданий.

– Мельхиор, что тебе снилось?
– спросил я на самом древнем и красивом языке

– Душа моя! Я понимаю, что вы говорите. Снилась мне какая-то дырка, которая медленно затягивалась.

Так. Мельсихидек залатал ментальный купол, но изменения в памяти не учел. Он же стихиный дракон, а не менталист.

– А вам?
– спросил мальчик

– А мне...
– я на пару секунд задумался над самым ярким воспоминанием Хиора.
– мне снилось море в горах. Солнце только начало вставать, а потом мы начали играть в догонялки с Мерлином.

Лицо мальчика напряглось.

– А вы знаете моего лучшего друга?

Так, что-то я не то говорю.

" Лин, что ты хочешь?"- услышал в голове голос Дикара

" Смотри"- я открыл воспоминание коллеге.

Через несколько секунд мысль сформировалась не мои умом, оставалось её только озвучить.

– Да, мы знакомы. Виделись пару раз. Он произвел на меня большое впечатление. Вот и приснился. Мерлин хороший?
– озвучил я мысль, сформированную Дикаром

Мальчик на минуту задумался, а потом заговорил на чистом, без акцента , тарихасе:

– Да. Мерлин хороший. И саламандры хорошие. Они вывели меня из лабиринта, в котором я мог умереть.

Пока я слушал Мельхиора, Дикар смотрел воспоминания, Яромир разрушал блоки, которые сработали и заблокировали не те воспоминания.

Вирикия все-таки отправила Мельхиора в тюрьму. Сразу, на смертную казнь. Но он выбрался и остался в живых.

Мельхиор рассказывал о побеге, о том, как не любил его Архир, как плохо ему было у Скайры из-за постоянного ощущения того, что он лишний. Мальчик замолк на несколько минут, а потом продолжил:

– Теперь у меня есть страна, в которой мне хорошо. Но все-все мысли на языке Империи я высказать не могу, у меня не получается - закончил молодой маг и тихо, почти незаметно заплакал.

" Не подходить. Один. Два. Три. Идите" - услышал голос Яромира.

Через пару секунд мальчик рыдал на плече Дикара, а я мог только присоединится и начать успокаивать.

Через час Мельхиор спокойно спал. Когда он проснется, все воспоминания встанут на свои места.

***

Я догадывался о том, что день будет тяжёлый.

После дневной аудиенции Диара меня отозвал в сторону один из Хранителей и сказал, что меня три часа в приемной зале ждет девочка по имени Солирина.

– Я такой не знаю.

– Девочка сказала, что вы так и скажете, и просила передать, что снежинки в шарике теперь красные.