На этот раз Горан не остался равнодушным, даже слегка закашлялся.

– Она под действием лекарств, – подал голос стоящий позади мужчина. Причем, тот самый, из моей палаты, который пугал доктора лишением конечностей. – Не стоит ее слушать, и, тем более, вести с ней беседы. Сегодня бесполезно.

Снова раздались шаги и подозрительное шуршание, после чего к моей спине прикоснулись чьи-то руки, помогая подняться. Я передёрнула плечами и с силой дёрнулась вперёд. Дело в том, что тело едва мне подчинялось, да и голова соображала просто ужасно, но последние слова провидицы держали меня в сознании. Во что бы то ни стало я должна навязаться Горану! Однако такой прыти от меня, похоже, никто не ожидал. Руки Зуева непроизвольно разжались, и в следующий миг я налетела на своего будущего спасителя.

Брутал сдавленно хрюкнул, но принял свой крест (в виде сильно побитой и неадекватной меня) очень достойно. Нет, ну выругался, конечно, причем витиевато и забористо, но не бросил же мою бедную тушку отлеживаться на холодном полу и дальше. Поднявшись вместе со мной, он недовольно хмурился и буравил злым взглядом Зуева, явно ожидая хоть каких-то пояснений.

– Я же тебе сказал, она на лекарствах, – как само собой разумеется, пояснил тот. – Шеф сказал притащить ее в отдел, попытаться выжать что-то из воспоминаний о гибели Октавии.

Выслушав последние слова Зуева, Горан сильно напрягся и оглянулся назад, на тело провидицы. Секундное замешательство и вновь меня пронзает взгляд серых глаз. На этот раз холодный и решительный.

– Так ты и есть шестая жертва? Из парка? Дамочка с золотыми часиками?

Я немного подумала и опасливо кивнула. Если сейчас этот парень отдаст меня своему коллеге (а я подозреваю – мои новые знакомые работают вместе), то всё! Пиши – пропало! Из последних сил открывая пересохшие губы, шепнула ему в самое ухо:

– Мне важно уйти с вами… с тобой, иначе смерть.

– М-м-м?

«Какой же он тугодум!» – это были последние более менее толковые мысли, сформировавшиеся в измученном мозгу. Дальше темнота, полная страха… Очнусь ли я снова? Или это конец?

…

Нир Горан Вук

– Какой же он тугодум, – с горечью проговорила девчонка и отключилась прямо у меня на руках. Нормально! Наглеет молодежь… Такой дай палец – руку откусит. А мне только обузы в виде обездвиженного тела не хватало.

Оглянувшись по сторонам, я вдруг понял: переложить эту «милую» барышню можно только к Октавии «под бочок». И, если поразмыслить, в этом не было ничего дурного – провидице уже все равно, а девчонка в своем нынешнем состоянии ничего не понимает и возразить не может при всем желании.

– Горан, ты что творишь? – заголосил Зуев, увидев, как я пристраиваю свою тяжелую ношу на единственную кровать в помещении. – Это… Это… Так нельзя! Октавия мертва.

Невольно перестроил зрение и бросил взгляд на провидицу. Да, все признаки «на лицо»: глаза потеряли былое сияние, тело вытянулось, аура совершенно потухла. Пустышка. Зато девчонка рядом с ней переливалась всеми цветами радуги. Кажется, кто-то наглотался не только лекарств, но и чужой силы. А вот это уже интересно.

– Камил, – я медленно обернулся к Зуеву и пристально посмотрел ему в глаза, – какими судьбами ты оказался в палате жертвы раньше меня? И поверь, лучше будет сказать правду.

Парень недовольно скривился, но промолчать не решился:

– Кени сообщил, что их нашли. И труп, и Октавию, и эту дамочку. Велел всем быть настороже. Псих напитал какого-то левого мужика не первой свежести, так что ему самому даже рук замарать не пришлось. Только одно остается загадкой, кто ритуал проводил. Вот я и приехал…

– Это моё дело.

– Я не собирался отнимать у тебя дело! – Камил нервно закинул руки за голову и осмотрел палату, остановив взгляд на лице нашей свидетельницы. – Лишь хотел присмотреть за девчонкой, ну и спросить кое-что, если получится. Не смотри на меня так, Горан! Октавия была в моей команде, и я хочу участвовать в расследовании, это моё право!

– Твоё право валить отсюда, пока я не сообщил Кени, что ты пытался вывести моего основного свидетеля в неизвестном направлении.

– У девчонки явный передоз, удивительно, как она вообще здесь оказалась, – не слушая меня, продолжал Зуев, – я осмотрел ее вещи – там всё в крови и жадосе. Она могла сама измазать себя и встать во главе ритуала. Тогда…

– Тогда, после допроса по всей форме, Кени сообщит тебе об этом. А пока я ее забираю. Отвезу к нам в отдел, пусть ее осмотрит Урвик. И нет! Со мной ты не пойдешь, занимайся своими делами.

Что ж, придется корректировать планы на ходу.

– Пошли, Ольга, прогуляемся, хватит мешать тёте Октавии, – подхватив тело девушки на руки и сделав непроницаемое лицо, я прошел мимо злого, как черт, Камила. – Увидимся в отделе, парень, и давай без глупостей.

– …нах… – донеслось до меня сзади.