Особо не разбираясь, вытряхнула на землю часть вещей, разыскивая фляжку со святой водой, которая, как оказалось, лежала едва ли не на самом дне. Беда в том, что святой воды во фляжке осталось совсем мало, всего лишь на донышке! Надеюсь, нам хватит...

Я оказалась права, и через какое время Гордвину стало немного легче, его перестало корежить, а чуть позже глаза парня стали осмысленными. Кажется, приступ прошел, только теперь парень со страхом косился на святую воду, и даже пытался отмахнуться – мол, ее не надо, уберите!.. Я только собиралась, было, высказаться по этому поводу, как принц заговорил сам:

– Они его убили...

– Ты о чем?.. – не понял Коннел.

– Они недавно убили Пшерана...

– Кто убил? О ком идет речь?

– Чончоны... Это сделали они! Бедняга Пшеран, он так мучился, звал меня на помощь, просил дать ему хоть немного сил, а я ничем не мог помочь! Это все вы виноваты, и проклятый ошейник, лишивший меня сил!

– А ты откуда знаешь, что твоего приятеля будто бы убили?

– Да не «будто бы», а его на самом деле убили, причем это произошло совсем недавно! Я это не просто знаю, а видел своими глазами! Вернее, глазами Пшерана...

– Чего-чего?

– Только то, олух ты тупоголовый, что при желании я мог видеть все то, что видел Пшеран. Их, этих летающих голов, там было много, а он один. Пшеран стоял в середине огромного каменного зала, не имея возможности выйти за пределы очерченного круга, а чончоны были вокруг него... Пещера, темнота, черные зеркала, зеленый свет костров, заклятия, от которых дрожит воздух... Эти летающие головы устроили ему самое настоящее судилище! Пшерана больше нет... Они его не просто убили, а с немыслимой жестокостью!

– А в чем его обвиняли?.. – не выдержала я.

– Да во всем! Но главное – он не должен был возвращать к жизни Проклятое Око – будто бы здешние колдуны про него давно знали, только не трогали, хранили от людей наследие Богов, а еще... Да пошли вы все!.. – внезапно заорал принц. – Ничего вам больше не скажу, потому как вас всех ненавижу, понятно?

Не говоришь – и не надо, главное, что тебя приступ больше не колотит. Вон, сейчас Гордвин отвернулся от нас, и даже смотреть в нашу сторону не желает. Ничего, переживу, не больно-то мне и надо общение с этим неприятным типом, у которого вдобавок всерьез свихнуты мозги. Зато веревки у пленника на руках и ногах крепкие, не разорвешь, да и уползать куда-то подальше от места ночевки нашему принцу нет никакого смысла. Правда, за этой особой королевских кровей все одно требуется постоянный пригляд – мало ли что взбредет в его забубенную головушку! Но это будет потом, а сейчас хуже другое – за то время, пока мы возились с принцем, у меня сон пропал...

– Парни... – вздохнула я. – Идите спать, я подежурю, тем более что через час мне все одно надо будет подниматься.

– Якуб, ты ложись... – Коннел кивнул головой. – А я за нашим пленником какое-то время присмотрю. На всякий случай.

Ну, моего бывшего работничка дважды уговаривать не пришлось, враз пристроился на свое место, и почти сразу до нас сразу донеслось его ровное дыхание – быстро парень отключился, дневная усталость берет свое. А вот Коннел спать не торопится, молодого человека явно потянуло на разговоры.

– Ну что ты все о делах говоришь: подежурю, прослежу, иди спать... – спросил Коннел, глядя на меня. – А может, мы с тобой просто посидим вдвоем у ночного костра, поговорим, на звезды посмотрим – вон, все небо ими усыпано! Красота, да и только!

Вообще-то если исходить из необходимости тратить время с максимальной пользой, то мне следует все же отправиться на боковую и постараться уснуть, поспать еще хотя бы часок, только вместо этого я отчего-то пожала плечами:

– А почему бы и нет? Звезды – так звезды...

Присела рядом с Коннелом и с трудом удержалась от улыбки: надо же, до двадцати девяти лет дожила, у некоторых баб в моем возрасте уже имеется куча детишек, а меня только сейчас парень позвал смотреть на звезды! Я раньше по ночам обычно только приходно-расходные книги проверяла... Вообще-то в здешних местах мне и ранее частенько доводилось любоваться ночным небом, но вот глядеть на звезды меня никто не звал. Хм, подобное занятие мне вроде уже не по возрасту, хотя сегодня просто удивительная ночь – тихая, теплая, без малейшего ветерка, да и ночное небо просто-таки завораживает...

– Хочешь, я расскажу тебе здешние легенды о звездах?.. – продолжал Коннел. – Правда, надо отметить, что почти все они плохо кончаются.

– Надеюсь, все эти легенды рассказывают о несчастной любви?.. – я с трудом удержалась, чтоб не улыбнуться.

– А то как же! Здесь вообще напряг с хорошими окончаниями историй – сплошь и рядом трагедии и великая печаль.

– Тогда рассказывай, я уже заранее приготовилась вытирать слезы... – непонятно почему мне хотелось улыбаться.

– Замечательно! Итак, с чего начнем? Вернее, с какой звезды? Или с созвездия?