– Пускай лечат, только потом, и для нас все это будет уже не так и важно. Для нас главное – дать должный отпор этим морским созданиям. Все одно необходимо это делать – что удалось один раз, вполне может получиться вновь. Беда в том, что у меня осталось всего несколько капель того лекарства... – подосадовала я, и повернулась к святым отцам. – Господин Павлен, необходима ваша помощь. У вас в загашнике найдется нечто из того, что нам требуется? Надеюсь, вы понимает, что я имею в виду?

Могла бы и не спрашивать – Пес Веры и без того враз сообразил, на что я намекала. Вряд ли инквизитор взял с собой на Птичью Гряду все те склянки, бутылочки и баночки, что прихватил в дорогу перед поездкой в Зайрос. В Святой Церкви люди практичные, понимают: в жизни может случиться всякое, а раз так, то с пустыми руками в путь отправляться не стоит – мало ли какие... крайне весомые аргументы понадобятся инквизиции в тот или иной момент. Проще говоря, в загашнике у Павлена наверняка найдется что-то посильнее, чем лекарство от простуды.

Конечно, после этих слов всем на борту стало окончательно ясно – с Павленом все обстоит не так просто, и это вовсе не обычный матрос-трудяга, в поте лица добывающий себе на пропитание, но сейчас было не до того, чтоб продолжать никому не нужную игру в тайны. Впрочем, о многом люди догадались и раньше.

– Пойду в каюту святых отцов, посмотрю, чем можно помочь... – пробурчал инквизитор. – Святые отцы, помогите мне добраться до места... Кстати, Коннел, пойдемте с нами, у нас есть недурственный лук, и десяток стрел тоже отыщется.

– Отец Арн... – продолжала я. – Не найдется ли у вас несколько лишних лезвий из числа тех, которые можно будет бросить в зириддаров?

– Отыщу... – ответил отец Арн, удостоив меня мимолетного взгляда. – Кстати, прошу судового плотника притащить мне все ненужные железки, какие есть него, и вообще мне бы надо иметь под руками все, что можно кинуть в богомерзких созданий.

– Хорошо... – мне было не до того, чтоб следить за тем, как Пес Веры в сопровождении парней с трудом заковылял с палубы. – Мне бы хотелось узнать у повара...

– У кока... – невольно поправил меня капитан.

– Да, конечно, у кока... – кивнула я головой. – У него на камбузе уксус есть?

– А то!.. – отозвался невысокий худой мужчина, глядя на которого никак не подумаешь, что он может быть неплохим поваром – уж очень тощий, да и вид у него вечно столь недовольный, будто он постоянно страдает от язвы желудка. – Такой уксус в Сейлсе купил – душа радуется! Крепкий, ядреный, только вот чтоб им еду сдобрить, этот уксус надо хорошенько развести водой...

– Замечательно!.. – оборвала я не в меру разговорившегося кока. – Тащите сюда этот уксус.

– Оба кувшина?.. – упавшим голосом спросил повар.

– Давайте для начала один. Капитан, на корабле найдется рыболовная сеть?

– Да, и не одна, а три... – кивнул головой капитан. – Только все они старые, и достаточно изорванные, только вот руки не дошли их выбросить....

– Это неважно!.. – махнула я рукой. – Просто надо принести этих сети, и хорошенько облить их уксусом, а если получиться, то надо бы вымочить полностью...

– Я вас понял... – кивнул головой капитан, чуть просветлев лицом – кажется, он даже немного удивился, отчего такой простое решение не пришло ему в голову. Капитан повернулся ко мне спиной, потому что и без того было ясно, что с этого момента бразды правления перешли к нему, и отныне вмешиваться в указания капитана Маркуса я не собиралась – на корабле должен быть один командир. – А что, это вполне может получиться! Парни, быстро тащите сюда все оружие, и все ненужные железки, что есть на борту – хвостатые ждать не будут! И без того они что-то медлят...

– Капитан... – я старалась говорить спокойно. – Мне надо спуститься вниз, через пару минут вернусь...

– Не возражаю.

У себя в каюте вытряхнула на кровать из мешочка все лекарства, какие только у меня были прихвачены с собой. Так, вот она, та самая бутылочка, в которой осталось всего несколько капель средства, которым я когда-то обожгла химеру. Пожалуй, подойдет еще одно лекарство – его накладывают на раны, чтоб кровь остановить. Хорошее лекарство, но при попадании на открытые раны обжигает, словно огнем – самое то, что нужно! Только вот этих зириддаров вокруг корабля вертится уже десятка два, а у меня в руках почти пустая бутылочка, да наполовину заполненная баночка с мазью... Конечно, этим хвостатых не отпугнешь, но опускать руки и признавать поражение тоже ни в коем случае не стоит.

Хотя меня никто в каюту святых отцов не приглашал, я все же решила туда заглянуть. Ну, как я и ожидала, там, на полу, стоял вытащенный на середину большой ящик, тот самый, который принесли в каюту святых отцов перед отходом в Зайрос, и который будто бы предназначался для хранения книг, приготовленных для храмов той далекой страны. Сейчас крышка с ящика была снята, и трудно было удержалась, чтоб не кинуть взгляд на содержимое. Как я и предполагала, внутри ящик перегорожен надвое, и в одном из этих отделений находилось оружие, а вот во втором я заметила пару книг, какие-то туго набитые мешочки, пару совершенно непонятных предметов, металлические баночки... Теперь понятно, откуда господин инквизитор брал снадобья, которыми набил свой дорожный мешок, когда мы отправлялись на Птичью Гряду. А еще я отметила, что внутри ящика не хватает двух дощечек. Как же, помню – еще при нашем пути в Зайрос отец Витор отодрал их для того, чтоб мы могли наложить шину на поврежденную ногу моряка...