– Присоединяюсь... – мне не оставалось ничего иного, как согласиться с братом Владием. Заодно подумала и о том, что в Школе Элинея я, пожалуй, напрасно не ходила на уроки к алхимику и не интересовалась наукой – может, тогда мне были бы понятны хотя бы некоторые слова из тех, что сейчас произносит Себастьян.

– Прошу прощения, но я, и верно, не подумал о том, что далеко не каждый разбирается в минералогии и алхимии... – извиняющимся тоном произнес Себастьян. – Меня просто захлестнули эмоции и я не сумел сдержать искреннее удивление... Так вот, из всего, что я вам только что сказал, для нас главным является следующее: если щелочные металлы находятся в чистом состоянии (а в нашем случае дело именно так и обстоит), то при попадании на них огня они легко загораются, и это утверждение в полной мере относится к натрию. А раз натрия так много в том камне, из которого сделано изваянии Вухуду...

– То это самое изваяние можно сжечь... – у меня это вырвалось раньше, чем произнес напарник. – Верно?

– Считаю, что так оно и есть... – согласился Себастьян.

– Уж не хотите ли вы сказать, что можно легко спалить здоровенный камень?.. – усмехнулся брат Владий. – Конечно, в жизни всякое бывает, и нагляделся я на многое, но... Ох, что-то меня терзают вполне обоснованные сомненья насчет правдивости этих ваших слов.

– Судя по тому количеству металла, что находится в камне, подобное вполне возможно. Что же касается ваших сомнений, то в этом я могу вас понять... – согласился Себастьян. – Просто вы никогда не имели дела со щелочными металлами...

– И спасибо за это Светлым Небесам... – отмахнулся брат Владий. – Мне и своих забот хватает. Не стоит забивать голову лишним – и без того в этом мире много такого, чего нам не понять своим малым разумом. Что же касается предложения сжечь изваяние Вухуду – то оно, без сомнений, богоугодное, и я его полностью поддерживаю, потому как только очищающий огонь может бороться с темными силами!..

– Слышу речь инквизитора... – усмехнулся напарник.

– Для того чтоб одолеть врага, нужна лишь вера во всемогущество Светлых Небес!.. – ого, как воодушевился брат Владий. – И первая помощь в этом – очищающий огонь!

– Давайте сейчас не будем впадать в проповеди, назидания и теологические беседы... – у меня не было желания отвлекаться на посторонние разговоры. – Об этом поговорим потом, если останемся в живых.

– Логично... – кивнул головой Себастьян.

– Вы говорите нам, в изваянии, присутствуют э-э-э... щелочные металлы...... – продолжал брат Владий. – Значит, их в природе много, этих самых металлов, так? А почему тогда вы решили, что речь идет об этом, как его... натрии?

– Натрий в подобной реакции, то есть при горении, дает желтое пламя, которое переходит во взрыв. Калий еще более активен – взрыв происходит сразу. Что касается лития...

– Хватит и того, что мы уже услышали!.. – брат Владий поморщился, словно от зубной боли. – Так там еще и взрывы есть? Час от часу не легче! Хотя эти самые взрывы вы нам недавно продемонстрировали...

– Себастьян, а как ты догадался о том, что в камне, из которого сделано изваяние Вухуду, присутствует этот самый натрий?..– спросила я.

– Если честно, то не я один такой умный – светлых голов хватает и помимо меня...

Как и можно было предположить, еще до того, как мы отправились на Черный Континент, толковые люди, несущие службу в Тайной Страже, постарались собрать все сведения о культе Вухуду, какие только смогли раздобыть. Если не считать рассказов о жертвоприношениях, страшных обрядах и тому подобном, то оказалось, что о самом изваянии Вухуду известно совсем немного – даже неизвестно, откуда оно появилось на Черном Континенте. В некоторых легендах говорится о том, что изваяние – точная копия самого Вухуду, и в этом идоле даже заключена часть души кровавого Бога. Однако, помимо всего прочего, Себастьян обратил внимание на то, что жрецы Вухуду под страхом жестокой смерти запрещали появление любого огня не только возле изваяния, но даже подле святилища кровавого Бога, и неважно, что это было – горящий факел или тлеющая головешка. Более того: изваяние показывали людям лишь в те дни, когда на небе не было очень яркого солнца, а в руках почитателей отсутствовали блестящие предметы вроде ярко начищенного медного зеркала, горячий луч от которого мог бы упасть на изваяние... Конечно, это само по себе ничего не значит, и ни о чем таком не говорит, но, тем не менее, без серьезных на то причин жрецы кровавого Бога не пошли бы на подобные ограничения.

В свое время у Себастьяна появилось несколько идей, каким образом можно избавить мир от изваяния Вухуду. Конечно, после того, как мы сумели достать изваяние, напарник намеревался, так сказать, проверить свои теории на практике, но маркиз Вей сбил все его планы. Единственное, что успел сделать Себастьян – так это отколоть несколько небольших осколков от каменного идола – и только...

– Ох, надо было бы тогда попытаться сжечь изваяние... – вздохнула я.

– Не спорю... – кивнул головой Себастьян. – Только мы тогда промедлили. Вернее сказать – я промедлил, и оправданий этому нет.

– Нечего переливать из пустого в порожнее, и переживать о том, что не произошло... – махнул рукой брат Владий. – Если б не этот маркиз (чтоб его!), то, возможно, мы бы еще в той рощице спалили изваяние Вухуду, а теперь добраться до той страхолюдины совсем непросто.

– Но надо...

– С этим никто не спорит... – я снова посмотрела на небольшой черно-красный камешек в руках Себастьяна. – Пока есть время, давайте подумаем о том, что будем делать завтра, и как нам добраться до изваяния Вухуду, и что будем делать потом...

С раннего утра мы отправились к зарослям высокой травы, и там, следуя указаниям брата Владия, сплели себе травяные юбки и накидки на голову. Надо признать, что наши... изделия были весьма далеки от совершенства, но выбирать не приходится – следует радоваться хотя бы тому, что сумели сплести хотя бы эти кособокие изделия. Надеюсь, мы не будем уж очень сильно отличаться от тех, кто сейчас спешит к разрушенному святилищу Вухуду. Эта работа заняла у нас немало времени, и когда мы с ней закончили, то солнце поднялось уже достаточно высоко.