– Да стоим мы, стоим...– брат Владий поднял руку.

– Кто такие?.. – продолжал дозорный, крепкий мужчина средних лет.

– Мы из джунглей еле выбрались, хорошо, что вас встретили. Вообще-то, мы людей ищем, уже несколько дней по лесам бродим. Нам бы надо до побережья добраться, до обжитых мест...

– Во сказанули! Где вы тут обжитые места видели?

– Понимаем, все это звучит странно...

– Говорите прямо – чего надо?

– Дело в том, что я инквизитор...

– А я архиепископ!.. – ухмыльнулся мужчина.

– Помолчите!.. – жестко отрезал брат Владий. – Я нахожусь здесь отнюдь не ради развлечений. Дело в том, что господин, которого вы видите рядом со мной – это картограф, и я его сопровождаю...

– Чего-чего?.. – переспросил мужчина. Не удивлюсь, если окажется, что он в первый раз слышит это слово – картограф.

– Он карты местности составляет, наносит на бумагу все, что видит.

– На кой ляд?

– Это умным людям надо, в отличие от тебя.

– Баба, как я понимаю, ему в том деле усиленно помогает?.. – хохотнул мужчина.

– Нам сейчас от вас помощь требуется... – брат Владий пропустил мимо ушей последние слова дозорного. – Надо с вашим старшим переговорить.

– А больше ничего не надо?.. – начал, было, мужчина, но один их тех людей, что по-прежнему стоял в воде, крикнул:

– Серый, кто они такие и чего им надо?

Как я понимаю, Серый – это кличка того дозорного, с которым мы сейчас разговариваем. Ну, в таких местах, как правило, находятся люди определенного пошиба, и они редко кого называют по имени.

– Старшего требуют – разговор, мол, имеется... – отозвался Серый. – Чего-то мутят они, ерунду мелют с умным видом...

– Тогда для чего ты с ними лясы точишь?

– Да ладно, интересно же, кто это к нам заявился! Как говорится – такие красивые и невесть откуда... Раньше сюда только зверье заглядывало, да здешние жители нас пугали без дела...

Через полчаса, в сопровождении двух хмурых мужчин, мы подходили к лагерю старателей. На небольшой поляне неподалеку от ручья стояло несколько хибарок с маленькими оконцами, тут же костер, на котором готовится еда, стоят грубо сколоченный стол и скамейки... Чувствуется, что здесь все временное, и люди просто ждут – не дождутся того счастливого момента, когда покинут это место, и отправятся восвояси.

Сидящий за столом мужчина лет сорока, как я понимаю, был тем самым старшим, к которому нас и направили. Благообразия в его облике и близко не было – жесткое лицо, холодные, ничего не выражающие глаза, властный голос... С подобными людьми связываться категорически не рекомендуется. Я на них в свое время в Тупике насмотрелась, и знаю, что за плечами таких людей обычно находится персональное кладбище с несколькими десятками убиенных душ.

Мы повторили ему наш рассказ, который придумали заранее: господин Себастьян – картограф, которого послали сюда, чтоб исследовать несколько областей Черного Континента, и нанести их на карту. В проводники ему дали инквизитора, который давно уже живет на Серном Континенте и неплохо знает здешние края, а женщина – это охранник. К несчастью, все пошло не так, как бы нам того хотелось, и в результате едва смогли унести ноги из тех опасных мест...

– Не очень складно рассказываете... – усмехнулся мужчина, выслушав нас. Как я и опасалась, он не поверил в наш рассказ. – А теперь вытряхните свои дорожные мешки – надо же посмотреть на ваши карты.

– К несчастью, их нет... – Себастьян развязал свой дорожный мешок и вытряхнул содержимое на землю. Это же самое сделали и мы со своими вещами. – Вам же, кажется, сказали, что мы едва не утонули в реке, потеряли практически все, что у нас было, а бумаги размокли настолько, что превратились в один слипшийся комок. Пришлось выбросить.

– Вот даже как?.. – чуть усмехнулся мужчина. – Конечно же, вам все пришлось выбросить... Как это печально! Впрочем, чего-то такого я и ожидал. Ну, что там?

Последний вопрос относился не к нам, а к одному из тех двоих хмурых мужчин, которые и привели нас в этот поселок. Один из них, приземистый коротыш, бесцеремонно ворошил наши вещи.

– Чиж, у них ничего особенного, ерунда какая-то...

Так, значит, мужчину кличут Чиж. Ну, мне это пока что ни о чем не говорит.

– Обыщите их... – приказал мужчина.

– На каком основании?.. – возмутился Себастьян, но Чиж лишь отмахнулся.

– Потому что я так велел.

С такими людьми, как этот Чиж, лучше не спорить, во всяком случае, не стоит доводить конфликт до предела, и потому я произнесла как можно более безразлично:

– Ну, раз надо, то обыскивайте.

Похоже, Чиж считает, что мы трое – старатели, и сейчас несем на себе алмазы, которые раздобыли в ином месте. Понятно, что камни интересуют его не только в эстетическом смысле – куда приятней просто так, за здорово живешь, заполучить горстку алмазов. Вообще-то отбирать у других результат их тяжелых трудов – это, по меньшей мере, безнравственно, но в здешней дикой глуши возможно все, что угодно.