Не прошло и минуты, как мужчина вновь появился на лестнице.

– Отец Арсиний ждет вас. Поднимайтесь, я вас к нему провожу, а потом принесу воды – здесь почти всегда хочется пить.

Это верно – у меня от здешней жары в горле пересохло. Ох, сейчас бы холодного кисленького кваса или ледяной ключевой воды! Хотя квас все одно здесь взять неоткуда, так что против холодной воды ничего не имею.

Отец Арсиний оказался пожилым человеком, очень худым и загорелым. Пока он, сидя за столом, читал письмо, я оглядывалась по сторонам. М-да, тут небогато, всего лишь самое необходимое для жизни. Единственное, что выделяется из бедной обстановки – это церковные книги, стоящие на простом деревянном стеллаже, да еще кресло с затейливой резьбой, в котором и восседает святой отец.

– Что ж вы стоите, присаживайтесь... – отец Арсиний оторвал взгляд от листа бумаги и кивнул нам головой на простые табуреты, стоящие перед столом. – В ногах правды нет.

Все тот же немолодой монах принес разнос, на котором стояли две большие кружки. Ой, наконец-то! Однако взяв в руки кружку, от неожиданности чуть ее не выронила – кружка была горячей, да и внутри находилась не холодная вода, как я надеялась, а какой-то травяной чай, причем очень горячий. Странно... Я недоуменно покосилась на Себастьяна – кажется, подобное удивило его не меньше, чем меня.

– Холодной водой здесь напиться совсем не просто... – чуть улыбнулся отец Арсиний, глядя на наши удивленные лица. – Возможно, вам это покажется странным, но в здешнюю жару для утоления жажды куда больше подходит горячий травяной отвар. Кстати, примите совет на будущее: не следует брать воду у уличных торговцев, да и из реки воду без кипячения употреблять не стоит – легко можно подцепить какую-нибудь заразу, тем более что этой дряни тут хватает, а лечению поддается далеко не все. К сожалению, среди приезжих смерть от кровавых поносов занимает здесь одно их первых мест, так что воду обязательно надо кипятить, если вам дорого собственное здоровье. Зато воду из родника можете пить без опаски... Так, значит, вы Патруль? Вот уж кого меньше всего ожидал увидеть, так это вас!

– Что, разве здесь для нас нет работы?.. – усмехнулся Себастьян.

– Как раз наоборот... – вздохнул отец Арсиний. – Тут хватит тяжелого труда не на один десяток Патрулей – на Черном Континенте кого только не водится! При одной только мысли о той нечисти, которая просто-таки заполонила эту землю, впору хвататься за голову! Чтоб навести тут порядок, Святой Церкви надо привезти в эти языческие места сотни святых братьев, строить монастыри и храмы, а инквизиторам следует трудиться без сна и отдыха, выжигая каленым железом ересь, колдовство и идолопоклонничество, предпринимая все возможное, чтоб достучаться до сердец и душ этих безбожников! Увы, но иными методами в здешних местах мы не добьемся ничего, а души здешних обитателей по-прежнему будут оставаться во мраке и безверии!

– Хм...

– Сейчас мы, верные слуги Святой Церкви, только пытаемся посеять добрые семена, но наши всходы слабы, а частенько они и вовсе вытаптываются, причем подчистую.

– Понимаю, что вам приходится тяжело... – кивнул головой Себастьян.

– Это очень мягко сказано, но нас поддерживает долг и вера! Мы делаем все возможное, чтоб страждущие приходили в наши храмы, преклоняли колени и страстно желали, чтоб из них изгнали ересь и очистили душу от скверны!.. – кажется, отец Арсиний был не прочь продолжить этот разговор, но благоразумно решил перейти к нашему вопросу. – Думаю, мы с вами еще побеседуем об этом, столь животрепещущем вопросе, но сейчас поговорим о другом. Если я правильно понял, вы приехали сюда по какому-то важному делу. В письме от Его Высокопреосвященства нас просят оказать вам всяческое содействие, в чем бы оно ни заключалось. Итак, чем мы можем вам помочь?

– Нам надо добраться до Лонгве.

Что такое Лонгве? Это как раз те места, в которых когда-то стоял полк, где в свое время служил Сетар, дед Сташи. Конечно, полк во время пребывания на Черном Континенте не находился постоянно в одном пункте, несколько раз его переводили с одного места на другое. Почему мы выбрали именно Лонгве, вернее, с чего решили, что изваяние Вухуду спрятано где-то в тех местах?

Все просто – незадолго до нашего отъезда на Черный Континент господа инквизиторы перетряхнули все военные архивы (попробовал бы кто отказать в подобной просьбе Святой Инквизиции!) и принесли нам все те бумаги, что смогли отыскать относительно тех двух полков, которые в свое время воевали в Таньике. Не скажу, что сохранилось уж очень много документов – все же с того времени минули десятилетия, но нам хватило и тех бумаг, что были. Разбирая все эти пожелтевшие листы, многие из которых только что не рассыпались от старости, мы наткнулись на хозяйственную книгу, которую вел один из офицеров, имеющий должность суперинтенданта. Да уж, от таких записей многих может потянуть на зевоту – приход, расход, выделение продуктов для походных кухонь, выплата жалованья солдатам, учет трофеев, и тому подобные записи... К сожалению, в той книге не было почти половины листов, а те, что еще оставались, едва не ломались под нашими пальцами. Говоря откровенно, у нас было огромное желание отложить эту ветхость в сторону, но все же решили просмотреть и ее, так сказать, для очистки совести.

Нам повезло: на одном из листов этой хозяйственной книги почти выцветшими от старости чернилами была запись о том, что из отправленных на задание двадцати человек назад живыми вернулось только шестеро, то есть четырнадцать человек надо снять с довольствия, в том числе и одного офицера. А ведь и верно – тогда, в схватке со жрецами, погибло четырнадцать человек, и среди них был офицер... Кроме того, через несколько строчек мы прочитали, что для похорон погибших солдат было выделено восемь лопат и три кирки, а также большое количество жидкости для розжига костров. Лопаты и кирки в тот же день были возвращены назад в целости и сохранности, а глиняные сосуды из-под жидкости никто не вернул – дескать, они были разбиты... Кажется, все сходится – Сетар говорил о том, что на следующий день они вновь ходили к той рощице и хоронили убитых солдат, а заодно сжигали тела врагов.

Более ничего толкового в той книге нам узнать не удалось, кроме, разве что, места, где в то время находился этот полк. Впрочем, это место под названием Лонгве упоминалось в старой хозяйственной книге не единожды, ведь полк простоял в той местности несколько месяцев.

– Лонгве?.. – в голосе отца Арсиния прозвучало искреннее удивление. – Однако... Вы хотя бы имеете представление, где это?

– Ну, мы смотрели карты, которые есть в библиотеке Святой Инквизиции...

– Это не карты, а какие-то эскизы!.. – инквизитор только головой покачал. – Не советую ориентироваться на то, что на них изображено. Должен сказать, что более-менее точных карт Таньики нет даже у нас, хотя мы и пытаемся их составлять по мере наших сил и скромных возможностей. А уж про те старые наброски, которые вы изучали в библиотеке Святой инквизиции, громко именуемые картами... О них можно даже не говорить.