– Меня зовут Белла. Ты мне ответишь, если я спрошу, откуда ты?

– Почему я могу не ответить? – он насмешливо смотрел на меня.

– Раньше я никогда не слышала такого акцента. Мне стало интересно, откуда он.

Он легко улыбнулся. Казалось, что он не желает афишировать тот факт, что он не отсюда. Хотя… в сегодняшний день и год, почему кого-то должно заботить был ли ты американцем или нет, особенно в Нью-Йорке?

– На самом деле я из маленького городка Вольтерры, который находится на границе Италии. Фактически ты первая за сегодняшний вечер, кто «подловил» меня на этом. Первая, заметившая это за некоторое время, и я снова начал думать об этом. Я живу здесь уже много лет, и мне казалось, что свой акцент я уже потерял. По крайней мере, мне так говорят, когда я приезжаю домой.

– Вау, Италия, какое у тебя там было детство?

– Я предполагаю, что почти такое же, как и твое детство здесь. Мы тратим свое детство, думая обо всех тех потрясающих местах, в которых мы бы хотели побывать, став старше. Кажется, ты не видишь это влечение Америки, потому что родилась здесь. Но для иностранцев она столь, же чудесна, как для вас остальной мир.

– Я предполагаю, что раньше никогда об этом не задумывалась. Сейчас я должна казаться очень глупой, - сказала я и попыталась спрятать лицо в волосах, чтобы скрыть свое неизбежное краснение.

– Совсем не глупо. Это абсолютно нормальный вопрос для тех, кто никогда там не был. Тут на самом деле очень красиво. Мне здесь нравится. Я живу в Америке на протяжении последних двадцати лет, и я очень люблю путешествовать по этой прекрасной стране. Хотя до сих пор мне не удалось увидеть все.

– Двадцати лет? Сколько тебе было лет, когда ты переехал? Тебе не кажется, что ты намного старше меня?

Он вновь улыбнулся, прежде чем снова заговорить.

– Я уехал из Италии в возрасте пятнадцати лет.
– Мне показалось, что он ненадолго задумался, и я решила не выяснять причины, по которым ему пришлось покинуть свою страну в таком раннем возрасте. В конце концов, это не мои дела. Таким образом, я только нажимала на больные темы.

– Так каким образом тебе удалось попасть сюда сегодня? – с любопытством спросила я. Я заметила, что почти никто здесь не был по собственной воле. Я задавалась вопросом, сам ли он подписал себя на эту ночь позора.

– Некоторые мои друзья знают тех, кто знает Бена. Они сказали, что мы должны помочь ему и его жене успешно дебютировать. У меня не было никаких планов на эту ночь. И плюс бесплатные напитки ведь никому не повредят.

– Похоже, ты придерживаешься общего мнения. Я думаю, что только те люди, которые находятся здесь добровольно, вытащили всех остальных находящихся здесь. И какую тогда поездку приходится совершать в действительности той бедной душе? Так что, я думаю, что все люди, находящиеся здесь, только желают помочь Бену и Энджи. Это немного огорчает, но, по крайней мере, мы готовы им помочь.

– Ты знаешь, я вообще не задумывался об этом. Интересно, если кто-нибудь через неделю вернется сюда, то он будет с приличным партнером.

– Я надеюсь, что это покажет нам время, - ответила я с улыбкой. Честно говоря, я потеряла счет времени с этим парнем. Я считаю, что он оказался, не так уж плох, как я думала в самом начале. Но я бы все равно не хотела, остаться с ним наедине.

Глава четвертая. Это Почти Закончилось.

EPOV

У вас когда-нибудь было ощущение, будто вы втянуты в сумеречную зону? Я испытывал эти ощущения, сидя напротив Джессики в течение пяти минут. Эта женщина казалась учащейся средней школы и готовящейся к сбору энтузиастов. Я сразу вспомнил Элис. Тогда я мысленно ударил себя. Не было ни одной возможности, по которой эти две девушки находились бы вместе в средней школе, так как Элис была очень милой, но все же раздражающей. Джессика же была слишком грубой и буйной в негативном понимании этих слов. Она все говорила и говорила о том, где она работает и прочее, и никто не был прав, кроме нее. В который раз я был невероятно счастлив, когда услышал спасительный звон.

Следующая женщина – Лорен оказалась еще хуже. Она все время говорила унижающие вещи о других девушках в этой комнате. Я не желал видеть, что эти люди делали друг с другом. Это было выше моего понимания: почему человек думает, что, унижая других, делает себя лучше? Я попытался спросить ее, почему она плохо отзывается о других девушках из этой комнаты, даже не зная их. Ее «отличный» ответ состоял в том, что она не могла знать, что они знали, что были страшными. Она действительно несколько нервировала. Печально было то, что, если бы поместить Лорен, Джессику и Розали в одной комнате, то у тебя бы сложилось полностью неверное впечатление о них. Розали была скромной и уверенной в себе, Джессика – энергичной и конкурентоспособной, а Лорен была бы только сердитой, решительной и грубой.

Несколько раз за этот вечер я интересовался, где же они нашли всех этих людей. Я знал, как я попал сюда вместе с Карлайлом и девушками, которых он считал своими дочерьми. Но все-таки, где они нашли остальных присутствующих здесь. Потому что нет ни одного шанса, по которому бы хоть одна из последних двух девушек нашла бы что-то общее с Карлайлом. Были ли они такими же, как я, друзья их друзей? На мгновение мне показалось это самой худшей идеей. Сейчас единственная, кого я действительно ждал, была та самая красивая брюнетка. Мне придется ждать, чтобы поговорить с ней и посмотреть, понравится ли за сегодняшний вечер мне хотя бы одна личность. Но сначала я должен поговорить с еще одной леди.

– Добрый вечер, меня зовут Эсми. А тебя?

– Эдвард, - ответил я и протянул руку для рукопожатия. Она была очень миловидной с волосами цвета карамели, доходившими ей до лопаток. У нее были очень красивые светло-карие глаза и лицо в форме сердечка. Мне показалось, что она была немного старше меня, но она все равно была очень приветливой и осторожной. – Так что же привело тебя в эту «лесную местность» в эту ночь?

Она улыбнулась очень красивой улыбкой и посмотрела в сторону бара, где разговаривали Анжела и Бен.