– А ты как думаешь? Он же в банде был, верно? Пусть спасибо скажет, что не сдали патрульным.
– Отмахнулся Валерка.

Да, Бобров, вот ты как рассуждать начал. Люди живые для тебя - пустое место? Зато бухучет - святое... Елкин дом. Ну, я ему сейчас все выскажу.

– Стыдно, брат. Стыдно и не хорошо. Он же человек живой и мы от него только добро видели. Митрий простой работяга, грех его обижать и под замком держать. Не хорошо это.

– Да чего ты, Славка, тут мораль разводишь... Фиг с ним, с Митрием этим, кто он мне? Правильно, никто. И забыли про него. Ты спрашивал, что еще есть? Отвечаю. Оба коня бандитские на конюшне у Липарёва стоят, в любой момент в полном нашем распоряжении. Оружие... это ты и так знаешь. Да, мы с Пашкой обсудили все - хотел тебе сказать, что и кони и оружие - все твое, ты, Славка, один это добыл, тебе и владеть. Вот.
– Бобров на миг замолчал, задумчиво почесав бровь, и продолжил.
– Комната нам бесплатно отдана - живем не тужим. Еда тоже за счет хозяина. Он мужик заносчивый, но дельный и не жадный. Ты у него чего попросил за золото?

– Ничего.

– Ты чего, сдурел? Славян? Ополоумел? Жизнь ему спас, фургон, золота столько и ни-че-го?
– Последнее слово Валерка выделил особо, произнеся по слогам и довольно громко, так что люди начали оборачиваться.

– Тише, чего орешь? Я не ради подачек разных это делал. Свою долю сам себе определил и забрал - не беспокойся.

– В смысле забрал? И как не беспокойся? Да ты Славка в тайге совсем сбрендил? Ты знаешь, кто такой Липарёв? Да он тебя за эту долю сожрет и не подавится... С ума сойти какие новости...

– Угомонись, Валера. Взял один малый самородок - не оскудеет твой купчина. А будет рыпаться, так я знаю, где его искать, рука не дрогнет...

– Славка, ты и раньше шальной был, а теперь совсем отмороженный стал. Даже думать такое не смей, тем более говорить вслух, понял? Здесь края вроде Дикого Запада, вздернут повыше - и адью.

– Не пугай. Не боюсь. Ладно, поговорили и хватит. Скажи лучше, есть здесь магазины и какие? И что по ценам на стволы трофейные?

– Конечно, есть. Стволы продать можно или самому на рынке - так выгоднее, но дольше, или сдать в лавку оружейную - цену ниже дадут, зато деньги сразу.

– Понял. Где эта лавка?

– Давай я тебя провожу? Тут рядом совсем, через квартал.

– Нет, не сейчас, лучше покажи куда идти.

Мы вышли на крыльцо и Валерка доходчиво объяснил где искать местного 'оружейного барона'.

– Лады, я прогуляюсь пойду. До встречи, Бобр.

И не то, чтобы так уж срочно дела у меня появились, просто захотелось побыть одному. Друзья уж очень быстро построились под этого воротилу местного розлива. Елки. Противно. Нет уж, мне эти морды хозяйские еще на Земле опротивели, а здесь точно никому в услужение не пойду. Ноги сами вывели к дому Липарёва. А что? Зайду. Усадьба с могучими воротами, высокие заборы, много добра видать хранится за ними, что так крепко прячут... Ко мне сразу подкатил крепкий мужик в кепке и безрукавке и с кобурой на поясе.

– По какому делу?
– Тон вроде и вежливый, но сразу ясно, мне тут не рады.

– Кони мои у вас на постой определены, хочу проведать.

В ответ мужик молча проводил меня к роскошному двухэтажному зданию. На первом этаже денники, на втором сеновал.

– Вот ваши. Будете забирать?

– Нет, пусть еще Липарёвского овса на халяву пожрут, не разорится купчина, как думаешь?

На какой-то миг показалось, что мужик схватится за ствол, но совладав с собой, он только сплюнул на пол и, не прощаясь, ушел. Отлично. Что и требовалось.

– Митрий! Митрий, ты где, бродяга?! Подь сюды!

В проеме второго этажа появилась лохматая голова, заметив меня, радостно осклабилась и снова исчезла. Спустя несколько секунд незадачливый бандит скатился по лестнице и встал передо мной. Вид он имел не сказать что бравый, но и замученным не выглядел.

– Здорово, старатель-золотоискатель, как жизнь твоя?

– Господин-командир, здравствуйте.
– Физиономия Митюши расплылась в искренней улыбке. Этот и обманывать не умеет.

– Чего на сеновале делал? Поди с девкой кувыркался, а?

Парень растерянно захлопал ресницами и даже рот приоткрыл - до того удивился моей прозорливости. Да, попал я в десятку. И почему дурням везет, а мне одни обломы? Нет в жизни справедливости.

– Митрий, слушай сюда. Ты долго на дворе у купца околачиваться намерен?

– Так это... запретили мне строго настрого от конюшни отлучаться, я и сижу.
– В глазах искреннее недоумение.

– А сам чего думаешь? Не надоело еще под замком?

Парень, почесав в кудлатой бороде, бросил украдкой взгляд на сеновал, еще раз почесался и ответил:

– Оно, конечно, лучше вольно жить. Да кто меня отпустит?

– Сейчас пойду с Липарёвым поговорю, отпустит он тебя, не сомневайся. Так что собирай вещички. Есть у тебя, где в Алтыне остановиться?

– Как нет, есть. Родичи живут, на низу. Хата у них своя.

– Отлично. Сиди, жди меня, я скоро вернусь.

Пока шел к выходу, появилась новая мысль.

– Так, Митрий, план меняется. Собирай шмотки и седлай коней. Немедленно.