– Так, и где здесь старьевщики? Те, которые одеждой подержанной торгуют.
– Пояснил в ответ на непонимающий взгляд парня.

– А-а-а, туточки, в соседнем ряду.

– Ты уже бывал в Алтыне?

– Много раз.
– Не слишком уверенно отозвался Митрий.

– Хорошо, ну, пошли, чего стоять?

Бывший старатель и незадачливый бандит и в самом деле вывел меня прямо к цели. Торговаться и тратить зря время не хотелось, поэтому дав торговцу возможность прицениться, я быстро продал все шмотье, получив на руки не такую и малую сумму - целых семь рублей. Понятно, что продешевил, но торговаться за одежду и обувку убитых людей не хотелось категорически.

Так, теперь у меня три полновесных червонца и восемь рублей россыпью. Капитал. Как им распорядиться я пока не знал. Первым делом решил довести начатую стрижку и бритье до конца, да и самому не помешает привести голову в порядок. Брадобрея отыскали без проблем. Очереди не наблюдалось, и я сразу усадил Митяшу на стул, он начал немного сопротивлялся, пришлось применить силу и начальственную хватку. Опасная бритва свернула у самого горла моего ... а кто он мне? Слуга, напарник, работник, конюх, проводник, боец, кашевар? Надо бы определиться, не хорошо это.

– Митрий, как сам думаешь, ты ко мне на службу поступил, а в какой должности?

Парень, осторожно скосив на меня честные глаза, двигать головой он боялся - слишком лихо работал парикмахер своей острейшей бритвой - и, сглотнув, ответил:

– Командир, вы меня слугой наняли, а чего?

– Логично. Ладно, не дергайся, потом поговорим.

Вот и ответ. Парень считает, что он мой слуга. Вариант, приемлемый. Пусть так. Освеженный одеколоном, чисто выбритый и коротко подстриженный парень разительно изменился. Юное лицо его с широкими глазами, ходе и обычно жизнерадостное, а в данный момент растерянное, до боли напомнило мне свежезабритых в армию новобранцев. Парень удивленно ощупывал свои щеки и подбородок, контрастно белые, сравнительно с кирпично-красной от загара зоной вокруг глаз, на скулах и лбу.

– Митя, тебе лет сколько?
– Мальчишка ведь совсем... А я его ружьем до крови голову разбил. Мне стало до невозможности стыдно. Чуть паренька не убил, изверг. Елкин дом!

– Восемнадцать весной исполнилось.
– Смущенно улыбнувшись, ответил Митрий.

– Так и думал, ты подожди пока, теперь моя очередь в порядок фейс приводить.
– Усевшись на стул, определил пожилому мастеру ножниц и бритвы задачу.
– Побрейте, а стричь не требуется.

Спустя несколько минут с удовольствием заглядывая в небольшое зеркальце, я подумал - что-то изменилось в твоем лице, друг ситный. Толи взгляд, толи общее выражение физиономии... ладно, будем жить дальше.

Расплатившись парой гривенников, благо один рубль мне старьевщик насчитал мелочью, я сообщил Димке о следующем этапе наших действий.

– Митрий, тут на рынке наверняка пивнушка есть? Давай, туда, надо отметить все это дело, заодно и отдохнем чуток.

Слуга, дернув утвердительно головой, бодро потопал в неком направлении и всего через пару десятков шагов вывел нас к простецкого вида кабачку. Сразу понятно - это не помпезно-элитный ресторан в центре 'белого' квартала - Крепости. Приземистое двухэтажное здание, построенное из не слишком старательно ошкуренных бревен, неширокие окна в частых переплетах по жаркой погоде настежь открытые. Тяжелые ставни, Больше чем на половину заполненная длинная коновязь, гостеприимно распахнутые двустворчатые двери и пьяненький мужичок на ступеньках широкого крыльца. Вывеска с двумя пенными кружками и надписью 'У Дыка'. Картина маслом. Внутри оказалось также просто, но и весело одновременно. Громкий гул голосов иногда перекрывался пронзительными звуками скрипки, играющей где-то в глубине зала. Стойка, сбитая из простых, едва оструганных, зато толстых, сантиметров пять, не меньше, досок, белела свежевыскобленным деревом. Одобряю. И правильно, зачем тратить краску и лак, когда можно просто соскрести грязь и всего делов?

За стойкой две здоровенные, на много сот литров, бочки с блестящими начищенной медью кранами. Ого, серьезно. Я смотрю, тут не мелочатся. Еще одно любопытное наблюдение - рядом с бочками, на специальных крюках лежала внушительного вида дубина, потемневшая, в мелких зарубках и пятнах, с обтянутой кожей рукоятью. Сразу видно, в деле бывала не раз. Хмм, стоит сделать выводы. Еще выше чернея вороненым стволом, разместился знакомый по земным реалиям ижевский карабин 'Сайга-12К'. Любопытно. И такие, стало быть, агрегаты в обороте имеются?

Ароматы пива, копченостей, лука и чеснока вперемешку с клубами табачного дыма окутали нас. Оглядевшись, заметили только что освободившееся местечко за притулившимся в самом дальнем углу столом и сели, дожидаясь обслуги, или как их тут называют? Поняв, что никто к нам подойти не рвется, я поднял руку, привлекая внимание, стоявшего за стойкой крепкого мужика с обширным пивным животом, бритым затылком и роскошными усами. Он кивнул в ответ и, спокойно нацедив пару кружек, двинулся к нам.

– Вот. Угощайтесь. У Дыка пиво первоклассное, пожрать чего-нибудь хотите?

– А что предложите?

– Сало, хлеб и борщ настоящий, суточный. Возьми не пожалеешь, земеля.

– Меня Славкой звать.
– Я приподнялся и мы пожали руки, ого, силен мужик! Как в тиски ладонь попала, а ведь даже не напрягся вообще...

– А меня Дыком. Ты из каких краев, земеля? Недавно тут?

– Из Омска. Всего неделю как провалился сюда, в ваши эльдорады. А ты откуда?

– Хм, я-то из столицы, слыхал городишко такой - Московия, называется...

– А что и из Москвы попадают, мне говорили из Сибири больше...